Кто виноват в Мамаево кокорище и что делать?


Какие страсти кипят вокруг Мамаево кокорища ... 

С теми, кто оправдывает хулиганов все понятно. У них радикально изменится мнение лишь тогда, когда это коснется их самих, если хулиганы сломают им самим руку, ногу, челюсть или, не дай Бог, шею, так, что если они потом и смогут ходить, то только под себя..

А вот те, кто обвиняет, почему-то не называют главных виновников этого и многих других подобных преступлений. Причем обвинения раздаются и со стороны этих виновников. Так не пора ли назвать их, призвать к ответственности и показать, что надо делать, чтобы подобные инциденты практически исчезли из нашей жизни. 

Как широко у нас в России расплодились хамство, хулиганство, оскорбления, дебоши, мордобои, угрозы, клевета и так далее. Все то, что считается аморальными, антиобщественными деяниями и, по сути, является преступлениями. И ведь никакой управы на этих преступников нет! 

Полиция, даже если это происходит у них на глазах, старается не вмешиваться. А если приносишь в полицию заявление, то она сделает все возможное, чтобы его не принять, даже в случае более тяжких преступлений. На заявление об угрозе убийством тебе ответят: «Вот когда Вас убьют, тогда и приходите». Зачем портить статистику?! 

Если Вы будете очень настойчивым, то, конечно, примут, но в итоге Вы получите простую отписку. Вы возмутитесь, а Вам честно ответят: «У нас много не расследованных более серьезных дел. Какой смысл тратить уйму сил и времени, на то, чтобы в итоге хулигана оштрафовали на 500 рублей? Законодательство у нас такое»

В результате у всех этих хамов, хулиганов и дебоширов воспитывается чувство безнаказанности. Если их не остановили сразу, то это провоцирует их на новые, более тяжкие преступления. И, зачастую, это приводит к трагическим последствиям.

Так что же надо делать? А просто использовать опыт тех, кто победил подобную преступность, например опыт полиции Нью-Йорка.

В 1980-х годах Нью-Йорк представлял собой ад. Там совершалось более 1 500 тяжких преступлений каждый день, из них по 6-7 убийств в сутки. Ночью по улицам ходить было опасно, а в метро рискованно ездить даже днем. Грабители и попрошайки в подземке были обычным делом. Грязные и сырые платформы едва освещались. В вагонах было холодно, под ногами валялся мусор, стены и потолок сплошь покрыты граффити.

Город был в тисках самой свирепой эпидемии преступности в своей истории. Но потом случилось необъяснимое. Достигнув пика к 1990-му году, преступность резко пошла на спад. За короткий срок количество  преступлений снизилось в несколько раз. По какой-то причине десятки тысяч хулиганов, гопников и психов перестали нарушать закон. Что произошло? Кто нажал волшебную кнопку «стоп» и что это за кнопка?

Ее название – «Теория разбитых окон». Криминалисты утверждали, что преступность — это неизбежный результат отсутствия порядка. Если окно разбито и не застеклено, то проходящие мимо решают, что всем наплевать, и никто ни за что не отвечает. Вскоре будут разбиты и другие окна, и чувство безнаказанности распространится на всю улицу, посылая сигнал всей округе. Сигнал, призывающий к более серьезным преступлениям».

Человек нарушает закон не только (и даже не столько) из-за плохой наследственности или неправильного воспитания. Огромное значение на него оказывает то, что он видит вокруг.

В середине 1980-х в нью-йоркском метрополитене начали борьбу против граффити. Начали очищать вагоны. Маршрут за маршрутом. Состав за составом. Каждый чертов вагон, каждый божий день. 

В конце маршрутов установили моечные пункты. Если вагон приходил с граффити на стенах, рисунки смывались во время разворота, в противном случае вагон вообще выводили из эксплуатации. Грязные вагоны, с которых еще не смыли граффити, ни в коем случае не смешивались с чистыми. До вандалов доносили четкое послание: «Хотите потратить много сил и времени на то, чтобы обезобразить поезд? Давайте. Но ваши труды будут напрасными, этого никто не увидит»…

В 1990-м году на должность начальника транспортной полиции был нанят Уильям Браттон. Вместо того, чтобы заняться серьезным делом – тяжкими преступлениями, он вплотную взялся за… безбилетников. Почему?

Новый начальник полиции верил – как и проблема граффити, огромное число «зайцев» могло быть сигналом, показателем отсутствия порядка. И это поощряло совершение более тяжких преступлений. В то время 170 тысяч пассажиров пробирались в метро бесплатно. Подростки просто перепрыгивали через турникеты или прорывались силой. И если 2 или 3 человека обманывали систему, окружающие, которые в иных обстоятельствах не стали бы нарушать закон, присоединялись к ним. Они решали, что если кто-то не платит, они тоже не будут. Проблема росла как снежный ком.

Браттон выставил возле турникетов по 10 переодетых полицейских. Они выхватывали «зайцев» по одному, надевали на них наручники и выстраивали в цепочку на платформе. Там безбилетники стояли, пока не завершалась «большая ловля». После этого их провожали в полицейский автобус, где обыскивали, снимали отпечатки пальцев и пробивали по базе данных. 

«Для копов это стало настоящим Эльдорадо. Каждое задержание было похоже на киндер-сюрприз. Что за игрушка мне сейчас попадется? Пистолет? Нож? Есть разрешение? Ого, да за тобой убийство!.. Довольно быстро плохие парни поумнели, стали оставлять оружие дома и оплачивать проезд».

В 1994 году Браттона назначили шефом полиции города. Полиция заняла принципиально жесткую позицию по отношению к мелким правонарушителям. Арестовывала каждого, кто пьянствовал и буянил в общественных местах. Кто кидал пустые бутылки. Разрисовывал стены. Прыгал через турникеты, клянчил деньги у водителей за протирку стекол. Если кто-то мочился на улице, он отправлялся прямиком в тюрьму.

Уровень городской преступности стал резко падать – так же быстро, как в подземке. Браттон объяснил: «Мелкие и незначительные, на первый взгляд, проступки служили сигналом для осуществления тяжких преступлений».

Цепная реакция была остановлена. Насквозь криминальный Нью-Йорк к концу 1990-х годов стал самым безопасным мегаполисом Америки.

А у нас, наоборот, постоянно проводится либерализация и без того более, чем либерального уголовного законодательства. Мелких преступников сегодня практически невозможно привлечь к ответственности. К чему это приведет? Ответ, я думаю, понятен всем. 

Так не пора ли нашим законодателям и руководству МВД перенять опыт полиции Нью-Йорка и реализовать его в России, иначе количество Мамаево кокорищ будет расти у нас как снежный ком …

И не обязательно сажать за мелкие преступления, достаточно сделать так, чтобы у задержанного преступника впоследствии даже мысли не возникало повторить содеянное или совершить какое-либо иное правонарушение …



Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.