boris_windlord wrote in otrageniya

Глава под названием “Верность"

Возможно, каждый человек похож на что-то среднее между книгой и дневником. Разница между людьми только в количестве глав, записанных жизнью и самим человеком. И неважно, сможет ли их кто-нибудь другой прочитать, главное, чтобы они были записаны. 

                                            * * * 

Она стояла напротив выхода из подземки, жадно всматриваясь в выплёскиваемый на поверхность, каждые три минуты, поток спешащих людей. Коротко, нервно вдыхала носом воздух, увидев опять опустевший тротуар, и крепко сжимала во влажной ладони скользкий телефон, в надежде, что вот сейчас раздастся долгожданный звонок, объясняющий всё и прекращающий её мучительные ожидания. 

Начинало темнеть. Волны людей вытекали из подземного перехода всё реже и реже, и всё сильнее замирало сердце при виде похожего силуэта или головы с короткой аккуратной стрижкой. Двадцатый раз она читала эсэмэску: «Я немного опоздаю», и в сотый раз набирала его молчаливый номер телефона. 

Последний трамвай грозной трелью зазвенел, подходя к остановке, зазывая заждавшихся пассажиров и накатывая на её глаза две больших крупных слезы. Сидя у тёмного окна освещённого салона полупустого трамвая, она едва различала почерневший силуэт ночного города, мигающий сотнями зажжённых окон в проносящихся мимо домах. Слёзы тревоги и отчаяния в неведомом ей ритме катились из её глаз вниз по щекам, падали на блузку и руки. Сначала она пыталась их вытирать, часто моргала, чтоб прекратить их потоки и, в конце концов, просто перестала их замечать. 

За этот выходной день, в ожидании его, она перебрала в уме все возможные чрезвычайные ситуации и аварии и уже не могла больше об этом думать. Слава богу, что телефоны моргов она не знала и саму эту мысль даже не допускала в свою душу. От его друзей, с которыми она смогла связаться, она ничего толком не узнала, кроме того, что сегодня они его видели. Она им верила и не верила и просила только одного, чтобы он как можно быстрее перезвонил ей. Всё эти мысли мучили её и, в конец измотав, упали тяжёлым камнем на сердце, заставляя его трепетать, замирать или тяжело медленно стучать. Как во сне добравшись домой и упав на кровать, чтоб ей как-то легче дышалось, она выпорхнула в свои воспоминания, наполнявшие её теплотой, несущие расслабление и сон. 

Высокая, никогда не кошеная трава, нежно щекотала тело, касаясь его своими острыми кончиками. Шум высоченных, величественных мачтовых сосен тихо разносился над головою, превращая синее безоблачное небо в спокойное море. Его лицо склоняется над тобою, заслоняя синеву перед глазами, и его мягкие губы, целуя тебя, прикрывают совсем твои веки и кружат голову, как будто бы ты, погружённая в воду, раскачиваешься в этом огромном колышущемся море. Прикосновение его пальцев вызывает тёплый озноб, пробегающий по коже, и огромная тёплая волна накрывает тебя с головой, заставляя растаять в её массе и слиться с нею вместе в едином встречном порыве страсти. Поднимаясь в самую высь и падая в бездонную пропасть, ты не чувствуешь собственного тела, ощущая лишь его горячую кожу и нежные ласковые руки, держащие тебя в крепких объятиях. 

Слова: «Любимая» вместе с шелестом травы мягко струились в уши, поднимая в ней новую волну и ещё сильней раскачивая её в море любви, уносили в бескрайнюю сладкую даль подальше от берегов и родной твёрдой земли под ногами. Это повторялось многократно, и неважно, какого цвета было небо у тебя над головою. Ещё его слова: «Я хочу, что бы ты стала моей женой», окончательно утвердили в ней уверенность, что если она с кем-нибудь, когда-нибудь будет вместе и будет кому-нибудь принадлежать, то это только ему. В этот момент, скорей всего, и родилась её верность собственному убеждению и собственной клятве никогда не произнесённой вслух. 

Потом она училась в университете и ждала его из армии. Потом она ждала его возвращения из-за границы после стажировки. Она его терпеливо ждала и ждала... 

Подруги давно твердили, что это не верность, а глупость. Что если и возможно быть верной в наше время, то кому-то реальному, которого любишь или ощущаешь рядом с собой, по крайней мере. Она не спорила с ними и не обижалась на них. Они просто не могли её понять, потому что не могли почувствовать её душой. Она хранила верность своим ощущениям, своим воспоминаниям, своим чувствам, возникшим тогда в юности. Дважды она пробовала жить как все. Дважды её симпатии постарались обмануть её и вселить в неё надежду в нечто большее, придущее со временем. Но её ощущения не позволили ей этого сделать, они не переросли в чувства, отторгая симпатии. Насильно мил не будешь. Погрузившись однажды в радугу ощущений и чувств, никогда не сможешь и не захочешь жить в чёрно-белом цвете. И такая она уже уродилась, что лучше сохранить это в себе нетронутым ничем, чем потерять, заменив на что-нибудь другое. 

Открывая по утрам глаза, ты видишь, как жизнь монотонно проносится перед тобой, заставляя автоматически выполнять её ритуалы. Время бежит, унося в прошлое всё, оставляя в настоящем лишь минуту, которая сейчас перед глазами. Минута – и нет кого-то, кто шёл рядом с тобой. Ещё минута – и кто-то другой возник перед глазами. 

Ещё один день, наполненный буднями, подходит к концу, завершая рабочую неделю, и надо заехать в магазин за продуктами, чтобы не тратить на это свои выходные. 

Она переложила из руки в руку пакеты с продуктами, открыла багажник машины, и что-то в этот момент кольнуло её сердце. Она рассеянно посмотрела поверх открытого багажника вдаль. Взгляд сам собой устремился через дорогу к мужской фигуре, одиноко стоявшей на противоположной стороне улицы. Взъерошенные короткие волосы, до боли знакомый взгляд, морщинки в уголках глаз и над верхней губою, слегка располневшая фигура и руки, знакомые родные руки, прячущие в кулак свой большой палец в минуты нервного напряжения. Улыбка появилась на его лице, моментально рассеивающая морщины и делающая его лицо таким, каким оно всё это время хранилось в её душе. Он медленно, как бы неуверенно, немного поднял правую руку, качая открытую ладонь из стороны в сторону, в знак непринуждённого приветствия. Фигура его застыла, озираясь по сторонам в надежде дождаться просвета в потоке машин и перебежать разделявшую их улицу...

Сердце её оборвалось и упало куда-то глубоко в душу, втягивая за собой сквозь ноздри прохладный воздух. Волна учащённых раскатов пульса возвращалась из глубины к её лицу, обдавая жаром. Глаза застыли, всматриваясь в фигуру и видя родной образ, хранящийся в её душе. Она не пустила улыбку, прорезающуюся на её лице. Ещё раз глубоко вдохнула воздух и медленно дважды отрицательно покачала головой, возможно себе или неизвестно кому, с силой захлопывая багажник машины...

И это будет уже её другая глава, под названием "Гордость". И сможет ли кто-нибудь прочитать и понять эту её главу, неизвестно... 

                                                              *** 

Он перебежал половину дороги. Остановился на зелёном газоне с подстриженной травой, разделяющей встречные полосы движения, поднял глаза, посмотрел прямо перед собой и увидел её фигуру, садящуюся за руль машины, которая через минуту плавно тронулась с места, скрываясь в потоке уносящихся от него машин. Ещё одна минута, и дорога вдруг опустела, открывая ему проход в пустоту... 

promo otrageniya april 14, 2019 06:25 69
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded