Глава под названием “Верность"

Возможно, каждый человек похож на что-то среднее между книгой и дневником. Разница между людьми только в количестве глав, записанных жизнью и самим человеком. И неважно, сможет ли их кто-нибудь другой прочитать, главное, чтобы они были записаны. 

                                            * * * 

Она стояла напротив выхода из подземки, жадно всматриваясь в выплёскиваемый на поверхность, каждые три минуты, поток спешащих людей. Коротко, нервно вдыхала носом воздух, увидев опять опустевший тротуар, и крепко сжимала во влажной ладони скользкий телефон, в надежде, что вот сейчас раздастся долгожданный звонок, объясняющий всё и прекращающий её мучительные ожидания. 

Начинало темнеть. Волны людей вытекали из подземного перехода всё реже и реже, и всё сильнее замирало сердце при виде похожего силуэта или головы с короткой аккуратной стрижкой. Двадцатый раз она читала эсэмэску: «Я немного опоздаю», и в сотый раз набирала его молчаливый номер телефона. 

Последний трамвай грозной трелью зазвенел, подходя к остановке, зазывая заждавшихся пассажиров и накатывая на её глаза две больших крупных слезы. Сидя у тёмного окна освещённого салона полупустого трамвая, она едва различала почерневший силуэт ночного города, мигающий сотнями зажжённых окон в проносящихся мимо домах. Слёзы тревоги и отчаяния в неведомом ей ритме катились из её глаз вниз по щекам, падали на блузку и руки. Сначала она пыталась их вытирать, часто моргала, чтоб прекратить их потоки и, в конце концов, просто перестала их замечать. 

За этот выходной день, в ожидании его, она перебрала в уме все возможные чрезвычайные ситуации и аварии и уже не могла больше об этом думать. Слава богу, что телефоны моргов она не знала и саму эту мысль даже не допускала в свою душу. От его друзей, с которыми она смогла связаться, она ничего толком не узнала, кроме того, что сегодня они его видели. Она им верила и не верила и просила только одного, чтобы он как можно быстрее перезвонил ей. Всё эти мысли мучили её и, в конец измотав, упали тяжёлым камнем на сердце, заставляя его трепетать, замирать или тяжело медленно стучать. Как во сне добравшись домой и упав на кровать, чтоб ей как-то легче дышалось, она выпорхнула в свои воспоминания, наполнявшие её теплотой, несущие расслабление и сон. 

Высокая, никогда не кошеная трава, нежно щекотала тело, касаясь его своими острыми кончиками. Шум высоченных, величественных мачтовых сосен тихо разносился над головою, превращая синее безоблачное небо в спокойное море. Его лицо склоняется над тобою, заслоняя синеву перед глазами, и его мягкие губы, целуя тебя, прикрывают совсем твои веки и кружат голову, как будто бы ты, погружённая в воду, раскачиваешься в этом огромном колышущемся море. Прикосновение его пальцев вызывает тёплый озноб, пробегающий по коже, и огромная тёплая волна накрывает тебя с головой, заставляя растаять в её массе и слиться с нею вместе в едином встречном порыве страсти. Поднимаясь в самую высь и падая в бездонную пропасть, ты не чувствуешь собственного тела, ощущая лишь его горячую кожу и нежные ласковые руки, держащие тебя в крепких объятиях. 

Слова: «Любимая» вместе с шелестом травы мягко струились в уши, поднимая в ней новую волну и ещё сильней раскачивая её в море любви, уносили в бескрайнюю сладкую даль подальше от берегов и родной твёрдой земли под ногами. Это повторялось многократно, и неважно, какого цвета было небо у тебя над головою. Ещё его слова: «Я хочу, что бы ты стала моей женой», окончательно утвердили в ней уверенность, что если она с кем-нибудь, когда-нибудь будет вместе и будет кому-нибудь принадлежать, то это только ему. В этот момент, скорей всего, и родилась её верность собственному убеждению и собственной клятве никогда не произнесённой вслух. 

Потом она училась в университете и ждала его из армии. Потом она ждала его возвращения из-за границы после стажировки. Она его терпеливо ждала и ждала... 

Подруги давно твердили, что это не верность, а глупость. Что если и возможно быть верной в наше время, то кому-то реальному, которого любишь или ощущаешь рядом с собой, по крайней мере. Она не спорила с ними и не обижалась на них. Они просто не могли её понять, потому что не могли почувствовать её душой. Она хранила верность своим ощущениям, своим воспоминаниям, своим чувствам, возникшим тогда в юности. Дважды она пробовала жить как все. Дважды её симпатии постарались обмануть её и вселить в неё надежду в нечто большее, придущее со временем. Но её ощущения не позволили ей этого сделать, они не переросли в чувства, отторгая симпатии. Насильно мил не будешь. Погрузившись однажды в радугу ощущений и чувств, никогда не сможешь и не захочешь жить в чёрно-белом цвете. И такая она уже уродилась, что лучше сохранить это в себе нетронутым ничем, чем потерять, заменив на что-нибудь другое. 

Открывая по утрам глаза, ты видишь, как жизнь монотонно проносится перед тобой, заставляя автоматически выполнять её ритуалы. Время бежит, унося в прошлое всё, оставляя в настоящем лишь минуту, которая сейчас перед глазами. Минута – и нет кого-то, кто шёл рядом с тобой. Ещё минута – и кто-то другой возник перед глазами. 

Ещё один день, наполненный буднями, подходит к концу, завершая рабочую неделю, и надо заехать в магазин за продуктами, чтобы не тратить на это свои выходные. 

Она переложила из руки в руку пакеты с продуктами, открыла багажник машины, и что-то в этот момент кольнуло её сердце. Она рассеянно посмотрела поверх открытого багажника вдаль. Взгляд сам собой устремился через дорогу к мужской фигуре, одиноко стоявшей на противоположной стороне улицы. Взъерошенные короткие волосы, до боли знакомый взгляд, морщинки в уголках глаз и над верхней губою, слегка располневшая фигура и руки, знакомые родные руки, прячущие в кулак свой большой палец в минуты нервного напряжения. Улыбка появилась на его лице, моментально рассеивающая морщины и делающая его лицо таким, каким оно всё это время хранилось в её душе. Он медленно, как бы неуверенно, немного поднял правую руку, качая открытую ладонь из стороны в сторону, в знак непринуждённого приветствия. Фигура его застыла, озираясь по сторонам в надежде дождаться просвета в потоке машин и перебежать разделявшую их улицу...

Сердце её оборвалось и упало куда-то глубоко в душу, втягивая за собой сквозь ноздри прохладный воздух. Волна учащённых раскатов пульса возвращалась из глубины к её лицу, обдавая жаром. Глаза застыли, всматриваясь в фигуру и видя родной образ, хранящийся в её душе. Она не пустила улыбку, прорезающуюся на её лице. Ещё раз глубоко вдохнула воздух и медленно дважды отрицательно покачала головой, возможно себе или неизвестно кому, с силой захлопывая багажник машины...

И это будет уже её другая глава, под названием "Гордость". И сможет ли кто-нибудь прочитать и понять эту её главу, неизвестно... 

                                                              *** 

Он перебежал половину дороги. Остановился на зелёном газоне с подстриженной травой, разделяющей встречные полосы движения, поднял глаза, посмотрел прямо перед собой и увидел её фигуру, садящуюся за руль машины, которая через минуту плавно тронулась с места, скрываясь в потоке уносящихся от него машин. Ещё одна минута, и дорога вдруг опустела, открывая ему проход в пустоту... 

promo otrageniya апрель 14, 06:25 62
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.