Оплаченный счёт

Жизнь в этом раю тянулась, буднично и монотонно. Синие волны накатывались на желтоватый песок, прибрежной полоски суши. Изредка ветерок колыхал ветви пальм, и другой средиземноморской растительности, разгоняя безбрежную скуку застывшего пейзажа. Этот рай с его плоским спокойствием и постоянным однообразием больше всего походил на тюрьму, раскрашенную в постельные тона. Это порождало лень и апатию ко всему окружающему миру. Всё веселье, экспромт, интриги все бурные краски там в аду. Всё творчество и все стартапы зарождаются там, и жизнь бурлит в котлах и на сковородках. А адский огонь это всего лишь необходимое средство осветить и согреть эти тёмные лабиринты подземелья. Без него не будет никакой движухи и всё застынет так же как в этом светлом раю. Только будет безмолвие темноты, а не безмолвие света. 

- Коля думаю нам пора собираться домой, больше часа мы уже давно не выдерживаем здесь. Ты не хочешь поплавать перед уходом. Я вообще не видела тебя в море последние две недели? - голос жены оторвал его от размышлений. 

Он ей только улыбнулся в ответ, подошёл, аккуратно поднял с песка подстилку, перекинув её через плечо, взял корзинку, именуемую им - "Арсенал пляжника", шлёпанцы дочери и как верный пес медленно и лениво побрел за ними к машине. 

Зайдя в прохладу залитого солнечным светом дома, он подумал, что вот еще полдня пролетело, и теперь он немного посидит за компьютером, просматривая свои текущие дела. А потом двинется к тренажёрам, пока жена будет колдовать на кухне не то за поздним обедом не то за ранним ужином. После  шести вечера она не ест, и он радостно принял этот её распорядок, любуясь, надолго застывшим, изяществом её фигуры. Впрочем, иногда это правило нарушалась в основном на различных вечерних встречах в ресторанах. И еще реже, когда им синхронно с женой хотелось окунуться в ощущение романтики первых встреч, в бесконечные разговоры и стеснительные улыбки за уютными столиками кафе и ресторанчиков, когда через полчаса уже не можешь вспомнить что ели. Потом как всегда были эти чудесные пешие прогулки прерываемые поцелуями, не дающими сообразить, что делать дальше, идти или срочно уединяться, оставив этот большой мир, за окном, в одиночестве, без них.

Через минуту сидя в кресле за столом у ноутбука он уже чувствовал себя как настоящий хозяин реальной Ай,Ти компании зарегистрированной в оффшоре и не имеющей ничего общего с финансовым миром, за исключением продажи тому реальных услуг. Его 34% доходов больше для него, чем просто те небольшие деньги, которые ему достаются. Плюс это помогает содержать дом с бассейном, не размывая его загашник и гордо смотреть на всех этих европейских снобов. Его доход прозрачен, а из загашника он честно делиться с двумя белорусскими пацанами и точно знает, что как только они вырастут из кэша, серьёзно засядут за английский они бросят его и подадутся в свою калифорнию, отбивать своё место под солнцем. И хорошо, что один из них серьёзно решил дотянуть оставшиеся годы дома и получить диплом по специальности. А ему просто надо выполнять свой план и перебираться в тихую, провинциальную Канаду и окончательно осесть там, так как дочери уже шестой год и скоро пора определяться со школой. А лучше и привычней пейзажа, чем там, для русского ты не найдёшь. На этом острове возможно рай, перенаселённый соотечественниками и это главный минус для него. Даже если никто из них в душу к тебе не лезет и дружбу не навязывает, потому что все не дома. Но дом уж очень близко и хорошо, что в последние годы они тут больше отдыхают, чем живут. На юго-востоке пёстрый шумный неспокойный ад у моря. Он попетлял с женой по свету и сейчас завис в пространстве, выбирая землю. Дочь та вообще норвежка, не только по гражданству, но и внешне от их эталонов не отличить, теперь гадаю кто чьи предки, русые и голубоглазые.  

Взгляд его скользнул по интерьеру кабинета, автоматически найдя замаскированный глушитель к пистолету, и моментально перенёс его в другую роль, отточенную им до совершенства в последнее десятилетие. С таким естественным, мгновенным перевоплощением, ему надо было идти в театральный. Он даже штудировал систему Станиславского, но реальная жизнь оторвала его от мимолётных желаний. Время, молодость и желание получить как можно больше здесь, и сейчас, направили его по другому пути, о котором он до сих пор не жалеет. 

Он в 90-х почти сразу понял, что махалово на улицах и все эти разборки между почти своими его до добра не доведут. А все эти в законе и без закона - моральные уроды, жаждущие только денег и кровавой власти, такой же в какой история их породила. И с ними только в тупик по жизни ты можешь забрести. Все ценности, понятия такой же блеск фуфлыжного рыжья основанного на религиозной догме - слепо верь и подчиняйся, иначе наказание не заставит себя ждать. Не знаешь на кого, когда ты сможешь опереться. Страх и зависть их наркотик. И за него тебя как наркоманы они продадут всегда, как только их заломает. Для большинства из них всё очень просто - не думать не о чём, кроме того что есть перед глазами и жить инстинктами, подчинёнными закону - кто сильнее тот и прав.

Дистанция далась тоже нелегко и не без крови. Свобода всегда того стоит. 

Сейчас он даже себе не представляет, чтоб стало с людьми и со страной, если б вторая половина в войне той выжила и приплюсовывалась бы к той, что осталась. И вместе с армией в погонах, но с мышлением таким же, только под защитой мундира, все они купались бы в крови разбитых судеб в беспределе бытия. 

Что будет в старости, он вряд ли угадает. Пока уверен, что покаянных мемуаров не дождутся от него. Он не у кого ничего не взял в кредит. За все, что он имеет сейчас, он заплатил. Страница перевёрнута и счёт оплачен. 

Нет лиц, эмоций, нет ничего, кроме первой и последней точки отсчёта в его пути по этой вот дороге. Две эти точки по законам жанра, его заказчики. Потом он их не знал, и не стремился узнать, кому и зачем он нужен был. Первый был из тех, которые всю жизнь чужими руками жар загребают. Копейки лишней не заплатят и сами все контролировать хотят. Прошло пару лет, первый заказчик вырос, заматерел и на него заказ пришёл с трех кратным повышением гонорара, за который он сам себе рывок купил наверх и к своему концу как оказалось. Последний был из тех, которые решают всё, для всех. Всегда посредники там, где большие деньги, при этом за хозяина положения себя считают, не думая о том, что они нить, которую ты обязательно обрубишь не спросив, уйдя в безвестность. Забрав всё то, что он авансом оставлял себе, пока работал ты. Ты только восстановил справедливость. На этом все воспоминания закончились. Есть правда очертание головы и виска пробитого рикошетом пули, но вспоминаемого им лишь как о персональным достижением в теории направленного рикошета. С простой эмоцией как будто ты попал в бумажную мишень. Возможно его совесть молчит потому, что он нигде не нашёл искренности призыва - "Не убий", особенно в религии. А в жизни все волки всегда будут это проповедовать в стаде овец и баранов для умножения их количества, что бы никогда не думать о поиске еды. А возможно потому, что сейчас ему в последние годы так хорошо как мечталось в детстве. И если б по другому сложилась история родины, то и он бы пошёл другим путём к своему человеческому счастью. Скорей всего в нём закрепились старания матери, о том, что иметь в жизни свою счастливую семью важней, чем богатство и успех.

Жена долго не маялась несоответствием между образованием и хобби. Трезво оценила перспективы жизни в эмиграции и окончательно выбрала своё творчество как профессию. Теперь почти целый рабочий день что-то там лепит и запекает в свое печке, превращая всё это в забавные украшения и безделушки, которые находят своего покупателя во всём мире. Иногда даже привлекая его для мелкосерийного производства. Всё это его радует, принося в дом дополнительную тишину и уют. Его всегда роднила с ней её способность так же легко переключаться на новую роль, и совсем не удивило то, как быстро ей удалось под его руководством прилично освоить скоростную стрельбу из арбалета. И как азартно она это делает…  

- Коля стол накрыт, мы тебя ждем, -  голос жены прозвучал из столовой. 

Всё все мысли растворились бесследно в воздухе. И вот уже любящий муж и отец, с вымытыми руками улыбаясь своей семье, садится за обеденный стол

promo otrageniya december 1, 11:52 121
Buy for 300 tokens
Что бы мы делали без наших мам и бабушек?! Вот ведь верно говорят, пока живы родители, ты еще ребенок. Но даже ушедшие они все еще берегут твое детство, сохраняют тебя для тебя же, самим собой уже давно забытого. И тихо посылают тебе напоминания, маленькие якоря…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.