Александр Дятлов (aborigenarbata) wrote in otrageniya,
Александр Дятлов
aborigenarbata
otrageniya

Воспоминания старого химика

А. П.Чехов - Коллекция, рассказы 1880–1886 годов: «Видишь спичку. В прошлом году я нашел ее в баранке, купленной в булочной Севастьянова. Чуть было не подавился. Жена, спасибо, была дома и постучала мне по  спине».

Родители мамы жили в деревянном особнячке в 4-м Лесном переулке. Это недалеко от Бутырского Вала. Переулок по направлению к Белорусскому вокзалу выходил на Старообрядческий храм Николая Мирликийского.


До революции дом принадлежал моему прадеду -купцу лесоторговцу. Уже потом в двадцатые годы их уплотнили, оставив 2 комнаты, причем, одна комната это половина большого зала, перегороженного временной стенкой, за которой жили соседи. Про слышимость можно и не говорить.
Бывая у деда и бабушки, долго не мог понять настороженных взаимоотношений моих родственников и остальных жильцов. Лучше сказать, что отношений как токовых вообще не было. Они даже не здоровались при встрече. Только потом, повзрослев я сообразил, что вселившиеся жильцы так выражали презрение к бывшим хозяевам, а бывшие хозяева соответственно к вселившимся. И у меня с детьми соседей дружба также не сложилась.
Рядом  с домом деда был дом известного московского купца-булочника Севастьянова. После Филиппова, этот булочник был второй в Москве по количеству булочных и кондитерских. Дядя и мама с сыном купца-булочника учились  в одной школе на Сущевской улице. Это был  высокий и красивый мужчина. Жили потомки бывшего богатея  в страшной нищете.   Хорошего образования сын купца получить не мог из-за происхождения. Работал где-то в депо и постоянно ходил в форменной одежде работника Московского метрополитена. Другой одежды у него попросту не было.
Самого купца я не застал. А вот его невестку, сына и внуков помню отлично. Старуху - жену купца помню плохо. Она практически не вставала с постели. Внучка купца Анфиса была моя ровесница.  Я с ней дружил и поэтому бывал у Севастьяновых в гостях.  Помнится их было 5 человек, а  в двухэтажном  особняке, ранее им принадлежащем, они ютились в одной комнатке метров 20.  Две вещи, которые я четко запомнил - это узорный паркетный пол в доме Севастьяновых, выложенный ценными породами дерева, и потрясающей красоты и размеров  ванная комната, которая, конечно, не функционировала.  В ней многочисленные  жильцы  дома стирали и сушили белье.
Рассказы мамы о прошлом богатстве Севастьяновых мной не воспринимались, разбиваясь о их текущее бытие.
В начале 60-х дома в 4-ом Лесном переулке сломали и моя связь с потомками купца Севастьянова прервалась.
Только однажды, уже подросшим, прочитал в каком-то рассказе, как его герой забегает закусить в кондитерскую Севастьянова. Не помню, кто автор Бунин, Андреев или Куприн.
Могу  откровенно сказать, почему я насторожено относился и отношусь к реформам Ельцина. Один из реформаторов - Чубайс еще в 1992 году сказал, что реституции в России не будет. Еще бы.  Пришли голодранцы,  у  которых   спокон веков  гроша ломанного в кармане не было. Зачем им реституция. Изначально ставилась цель - создать новый циничный клан собственников.
Мой товарищ по службе в армии эстонец Ян Наану по реституции как наследник получил в собственность значительную часть острова Муху со всей инфраструктурой и звал в гости, но я так к новому землевладельцу и не собрался, хотя в у него в Таллинне гостил дважды.
Tags: aborigenarbata
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments