Наташа (nataha4) wrote in otrageniya,
Наташа
nataha4
otrageniya

Люди - это обитатели так называемых четырёх материков и другое

Хорошо сказал Будда Шакьямуни - "и другое".
В юности она убила человека. Хорошего, правильного парня. Не из ревности и не из ненависти, не от злости и не в состоянии аффекта. Легко, мимоходом - ради душевного комфорта.
Мда...
Детство её прошло на самой окраине старой Москвы, в сущности - в деревне. Четыре деревянных одноэтажных дома, расположенных каре, с маленьким палисадниками с внешней стороны и двором, утрамбованным взрослыми танцами, - внутри. Взрослые женщины (мужчин выбила война) танцевали под патефон вечером после работы, а днём во дворе обретались семь разновозрастных мальчишек, рождённых перед войной в полном соответствии с приметой. И она - младшая. Играм (ножички, расшибаловка, казаки-разбойники, позднее шахматы), социальному общению, дружбе и жизни она училась у мальчишек. В семь лет пришло время идти в школу. Обучение тогда было раздельное, отдельно женские и мужские школы, тут бы и учиться общению с девочками. Не вышло. Где учились мальчики, она никогда не интересовалась, а в свою школу ездила в Москву - два перегона на поезде, ещё с паровозом, и один перегон на метро. Подружиться с девочками только во время перемен не удавалось, они-то все жили рядом со школой, а она чужая. И стеснительная. Дворовые мальчишки оставались её единственным обществом.
В 11 лет её увезли из старого дома и год она прожила в маленькой областной деревне, в которой не было школы. До деревни со школой 3 км по полю и опять (такая судьба) её попутчиками были три разновозрастных мальчика. Сначала они задирались и насмехались над "московской фифочкой", но с мальчиками она умела задруживаться, и очень быстро они превратились в защитников, опекунов и носителей её портфеля.
К 6 классу вернулись в Москву, в новый строящийся район, опять без школы, опять автобус, опять без девочек-подруг. По выходным она ездила в старый дом к бабушкам и тётушкам. И к друзьям-мальчишкам, которые уже давно считали её своим парнем. Одна бабушка работала учительницей в школе рабочей молодёжи. Взрослые ученики её очень любили и на день рождения всегда приезжали всей толпой. Возможно, им просто было нужно место, где потанцевать и выпить, но ей такие мысли в голову не приходили. Однажды, ей было 13, взрослый слегка поддатый мужик нашёл её в углу, наблюдающую за танцующими, и стал жаловаться на свою жену. Она была воспитана в безусловном уважении к старшим, поэтому слушала внимательно, вставляя в нужных местах нужные слова, а потом даже стала давать советы, потому что его взаимоотношения с женой казались ей дикими, она о таких и не слышала никогда. Просто другой мир, другой уровень. Он советы слушал, удивлённо соглашался, а в конце даже стал называть на "вы".
В 7 классе обучение стало совместным. Полшколы, и её тоже, перевели в мужскую на другой стороне улицы, но опять далеко от дома. Она с удивлением наблюдала, что мальчики и девочки, живущие рядом со школой, не умеют общаться друг с другом, их попытки были такие смешные. Сама она и не пыталась, всё равно после школы все пешком, а она на автобус.
К 8-му классу в её районе построили школу, образовалась компания - 7 парней, 7 девчонок. Ходили гулять по Москве, ездили в Парк культуры, обменивались книгами, играли в шахматы. Она с удивлением обнаружила, что хочет общаться со всеми парнями и только с одной девочкой. С другими девочками у неё не находилось общих интересов. А мальчики... мальчики считали её своим парнем и делились сокровенным, в основном, обидой на родителей. Она умела слушать.
В 9 классе стали образовываться пары, сокровенное появилось у многих. Девчонки приглашали её погулять или к себе, а мальчишки по большей части приходили к ней - ага, делиться сокровенным. Девчонки ревновали, одна даже скандал устроила, а мать стала считать её гулящей. Она слышала, как мать жаловалась по телефону родственникам. С этим надо было что-то делать.
И она придумала себе жениха (для девчонок) и друга (для матери). Он служил штурманом на подводной лодке, поэтому его нельзя было предъявить, но она его ждала в отпуск и хранила верность. И ведь поверили, даже мать!
Время шло, штурман был в дальнем походе, но уже пора бы и вернуться. И тут радио объявило, что в СССР вступила в строй первая атомная подлодка. Ага, это очень кстати. При очередном вопросе о женихе она сказала, что он служил на первой атомной подлодке, там случилась авария, штурман вызвался починить, взял ещё матроса из числа добровольцев и оба погибли. Она, естественно, скорбит и о других парнях не думает. А лодка, о которой сейчас все говорят, на самом деле вторая. Это никого не удивило, потому что в те годы об авариях не сообщалось. И никто не спросил (видимо из деликатности), как погибли те двое, сразу или от радиации. Три года она повторяла эту выдумку всем, задающим вопросы.
Через 3 года, ещё не отпраздновав двадцатилетия, вышла замуж за первого, кто не увидел в ней своего парня, очень быстро поняла, что по всем параметрам не готова к роли жены, и развелась.
Ещё через 4 года один из её тогдашних сослуживцев капитан второго ранга (кавторанг) в отставке упомянул в разговоре первую атомную подлодку. "Она не первая" - вырвалось у неё по привычке. "Не первая" - подтвердил он, как-то странно на неё взглянув. "На первой двое погибли, матрос..." - "И штурман" - добавил кавторанг, глядя на неё в упор. Грубая птичья лапа сдавила сердце, дикая боль, в глазах потемнело, успела почувствовать, что падает, а он её подхватывает - и отключилась. Очнулась в медпункте от запаха нашатыря с той же болью в сердце. Месестра просит потерпеть, она вызвала скорую. Скорая сделала укол, и кажется, не один, боль из сердца переместилась куда-то в центр и расположилась надолго. Неделя на больничном, боль осталась, вполне физическая, но она понимала, что это вина грызёт. Один плюс, кавторанг потом так и не задал вопроса, откуда ей известны государственные секреты. Или побоялся той же реакции или что-то понял.
Несколько лет она не могла смотреть на воду, не ходила по мостам через реки, не приближалась к пляжам. Боль, постепенно стихая, мучила много лет, и сейчас возникает при воспоминании или при упоминании о подлодках. Какой уж тут душевный комфорт! Зато все эти годы, почти полвека, она тщательно следит за своими мыслями и словами - упаси Бог, в раздражении пожелать кому-нибудь несчастья или болезни.
Игры небес иногда бывают столь непредсказуемы.
Люди - это что-то другое.
Tags: nataha4, Авторский текст, Архив, Детство, Из жизни, Личное, Отношения, Психология, Смятение чувств, Судьба, Человек
Subscribe
promo otrageniya april 14, 06:25 69
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments