Путь человеческий

Вопрос: куда податься человеку, который устал притворяться перед самим собой и окружающими, будто он действительно приглашен на праздник жизни, а не проскочил на пир зайцем? 

Как было дело. Жил себе человек своей жизнью, по сторонам особо не глядел, рот широко не раскрывал, шел по делам и вдруг увидел – пируют люди! А по какому поводу сабантуй – бог его знает. Весело – и ладно. Тоже хочу. Вроде и черт бы с ним, с праздником, своих дел невпроворот, да всё что-то гложет, свербит – зайти охота. Решился! Уболтал себя: так, мол, мимо пробегал – решил, дай, думаю, заскочу, авось чего и перепадет, а так – ничего не жду особо. Заскочить заскочил, но – как-то неожиданно для себя – затянуло надолго. Все-таки не хуже других, в самом деле, а? А билета-то нет, как не было – так и нет. Теперь вот приходиться фальшиво улыбаться, рассказывать сказки про белого бычка, словом, держать марку. Только чью? Свою ли? В том-то и соль, что вряд ли. Однако, если не у каждого, то по крайнем мере, почти у каждого человека есть определенный запас вранья на все случаи жизни, этакий багаж резонов-анестетиков, помогающих закрыть глаза на причину и слепо ползти прямо к следствию, корячась и ломая руки-ноги, вместо того, чтобы сразу себе во всем признаться и вернуться к своим делам. Но нет, нет! Ну не хуже он других, в конце концов! Но запас резонов оказался не велик, время идет, а статус шаромыжника начинает порядком поднадоедать. Пора бы уже и честь знать, но стыдно как-то: что люди-то скажут? Пришел, значит, ест-пьет на халяву, рассказывает всякое, почти как мы, а выходит так, будто он совсем и не "мы". Поворо-от. Ну к черту, надо ловить момент.

Он давно раскусил своё притворство, но почему-то до сих пор боится, а, может быть, просто стесняется встать и уйти, да признаться наконец, что никто его не приглашал; что он – лишний. Чего же он ждет? Ведь не может же он не понимать, что рано или поздно его силой вытолкают из-за стола. Всё он понимает – чай не дурак. Ждет, выгадывает момент, пока кто-то из приглашенных нечаянно обронит пригласительный билет – вот тогда-то наш друг напряжет все свои жилы. Если повезет ему – получит законное место, будет улыбаться другим без угрызений совести, во все тридцать два зуба. А вот если нет – ну здорово, брат, добро пожаловать в общество доморощенных философов. Чужой, непонятый, уставший. Пора монатки собирать.

Но и тут не обошлось без весла в колесе. Уходит, и ждет: может, остановят, может, выпишут билетик-то, а? Зря надеешься, друг – не выпишут, иди-пошел. Слава богу –ушел. Хотел, чтобы все плакали, а все молчали. По правде сказать, никто и не заметил, что он был вообще, и как он ушел – тоже никто знать не знал. 

Ну, думает человек, пойду дальше: куда я там шел? Забыл. Всего себя он не помнит, равно как и дорогу. Всю душу из него праздник людской вытянул, огонь весь забрал, оставил только усталость. Усталость рождает правду, потому что нет больше сил врать. Сел человек на голую землю, и думает: "Знаю я теперь всю правду, а что мне делать-то с ней? Кому она нужна?".

И не может найти ответ. "Куда пойду я? Ведь по-правде - не нужен я никому. Тем более – себе." Так он и остался сидеть сиднем, потому что ничего лучше придумать не мог. А в самом деле – куда он пойдет? Куда шел – там он уже не нужен, опоздал. Откуда пришел – туда дороги нет – вырос. На пир – не пустят – чужой, да и притворяться не особо могутной. Всё. Пришел. Отпели соловьи – знай, чахни да сиди. Теперь-то уж он ничего не ждет. Лечь бы, говорит, пожрать хорошенько, да и поспать – лишь бы людей лишний раз не слышать. Нет ему другой дороги.

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.