СТО ПЕРВЫЙ КИЛОМЕТР
С Алесей мы познакомились лет так много назад на дне города в Серпухове. За несколько недель до этого в Москве что-то взорвали, и неясно было, будет праздник нет ли, но вот случился.
Город был серым и мрачным, и жители тоже соответствовали. За всех отдувались Алеся и Миха. Алеська летала в каком-то оранжевом сари, как безумная яркая птица, а Михайла просто брильянт, который не спрячешь.
Насчёт безумной птицы я уже тогда угадал, было видно по полёту.
Полёт же случился в Австрию, зимой, улетела Алеська туда с Яной (дочерью), зачем не понятно, - на лыжах они не стоят. Но это не помешало Алесе грохнуться в какую-то пропасть.
Очнулась барышня из комы почему-то в Барселоне, - видимо чудеса страховой медицины.
И открыла глазки аккурат к помолвке дочери Яны с
сыном главврача клиники.
Этот, блин, сын - Хулио или Педро, не помню, учился на
архитектора, и молодую семью первое время кормила Яна. Зарабатывала девушка
танцами с кастаньетами в баре для туристов. Вы же в курсе того, что у нас в России девочки с
кастаньетами буквально рождаются?
Педро-Хулио закончил университет, опыта нет - работы нет, всё как у нас. И Яна сосватала ему место архитектора, на Гоа, через знакомого, блин, йога)...
Денег платили на наши тыр так 13-15 в месяц, но по тем ценам этого хватило на жизнь, и опыт, сын ошибок трудных, появился.
А Яна в это же время отучилась у местного гуру и теперь у неё - школа йоги, а у паренька её работа уже в Испании.
Это я о жизнелюбии и о русских женщинах, красивых и сумасшедших...
Миха же в это время или чуть раньше рулил на своей раздолбанной Ниве в Михайловское, ехал на барыжку, посвящённую дню рождения Солнца Русской поэзии.
Михаил - художник-керамист, хороший гончар. Днюха Александра Сергеевича была ему очень кстати для поправки финансов. Ехал с приятелем и они опоздали. На неделю.
Нет, ну они знали про 6-е июня, но подумали, что гульбище будет в выходные ПОСЛЕ, а оказалось, что ДО. Интернетом парни не пользовались ЕЩЁ, а телевизором УЖЕ. В общем - опоздали.
Рядом город Санкт-Петербург, — решили пройтись с культурной программой, раз уж тыщу вёрст преодолели.
На второй день программы начались потери — со словами, мол, я не могу столько квасить, ухожу в Русский музей, откололся приятель.
А была ещё принимающая сторона - грустный очкарик из книжного магазина, он в нём работал и жил. Парень воронежский - всё выдержал, но устал сильно , потому перехожу сразу к апофеозу.
Раннее утро, крыша Апраксина двора, на ней Миша поёт восторженную песню, на которую съезжаются экипажи патрульно-постовой службы. Милиционеры кричат, мол, «мужик, слазь!…» и начинают штурмовать пожарную лестницу.
На что наш герой расстегивает ширинку и принимается поливать служивых бывшим пивом. И его там таки было немало.
Менты шарахнулись - «твою ж мать», а грустный очкарик, сидящий рядом, прояснил: «Братцы, это гость города, третий день с ним маюсь. Заберёте - осчастливите, но я б не стал, - денег ни у него, ни у меня не осталось, а хлопот от него дофига…»
Воот. Как-то парни прониклись, отряхнулись и уехали, может поленились, и пересменка опять таки скоро. Да и глупо как-то самим лезть "под струю", в отделении потом ржать будут.
Ну, а крыша Апражки осталась за Михаилом.
«Мы стали скушно жить, перестали совершать безумства и лазать в окна к любимым женщинам»(с). Помните?
Не-не…есть ещё орлы, в Серпухове точно есть.
Причём не один, я знаю наверняка. Ну и барышни их тоже достойны. Есть к кому ломиться по приставной лестнице.
Думаю, что сто первый километр повлиял на генофонд - пассионарии оставили свой след.