Элла Гор (cherry_20003) wrote in otrageniya,
Элла Гор
cherry_20003
otrageniya

Category:

Роман в письмах. Часть 2


Начало, часть 1 здесь.

АБЕЛЬ ЗНОРКО (медленно) Эва Лармор, из моей книги, имеет реальный прототип, женщину, которую я любил. Это - ваша землячка, Элен Меттернах.

Ларсен демонстративно выражает изумление.
ЭРИК ЛАРСЕН Неужели?

АБЕЛЬ ЗНОРКО Да. Мы познакомились пятнадцать лет назад. (смеется, наслаждаясь воспоминаниями прошлого) Я встретил Элен на конгрессе по "Молодой литературе Севера". Она была там в качестве студентки, сидела в третьем ряду, и ее ноги торчали в проходе. Лишь только я ее увидел, как почувствовал в ней что-то родное. Видел ли я ее раньше? Нет. Но, как следует рассмотрев ее, я нашел наконец источник этого чувства родства: оно исходило от ее безобразия.
ЭРИК ЛАРСЕН Простите? Безобразия?
АБЕЛЬ ЗНОРКО Лица красивых людей имеют свою архитектуру, даже если они ничего не выражают; непривлекательные же люди вынуждены улыбаться, придавать блеск глазам, оживлять губы, чтобы вдохнуть жизнь в невыразительное лицо. Её же лицо оставляло в памяти лишь чувства, а не черты. Элен была приговорена к постоянному самовыражению.
        А кроме того, ее кожный покров действовал мне на нервы. Когда я на нее смотрел, то даже вздрагивал от смущения, ее плоть была так осязаемая, как будто предлагала себя... Я не осмеливался к ней обернуться, у меня было ощущение, что все видят, будто я к ней прижимаюсь, трогаю и щупаю ее. "У этой бедняжки кожа просто неприлична ", говорил я себе.
        С фигурой было еще хуже. Объективно фигура Элен была хороша, но что-то вызывало неприязнь... И во мне поднималась тошнота, что-то похожее на... жалость... да, я испытывал какое-то брезгливое сочувствие при виде ее слишком крепкой, слишком высокой и заостренной груди, слишком округлых ягодиц, слишком скульптурных икр; ее тело казалось мне слишком явным, непристойным; ощущалась ее нагота из-под одежды; она делала меня вуайеристом.
        Я наблюдал украдкой за коллегами; я был уверен, что мы все обратили внимание на нескромность тела этой женщины.
        Это болезненное ощущение не проходило.
        Вечером, за коктейлем, мы с ней немного поговорили. Обаяние. Голос. Улыбка. Разговор. Казалось, она совершенно не сознавала всю неприличность своей внешности.
        Ночью я лег спать и думал про нее: "Бедная девушка, говорил я себе, обладает всеми возможными достоинствами кроме одного - внушить любовь мужчине." Я представлял себе ее голой и начинал смеяться. Мне казалось, что природа неразумна и несправедлива. Сам себя я находил жестоким. Ну и пусть.


         Ежедневно я наблюдал за ней и ежевечерне думал о ней, отходя ко сну. Однажды утром я узнал, что кто-то из коллег по семинару имеет виды на нее. Я сглотнул слюну: не собирается ли он над ней посмеяться?
Мне тут же вздумалось защитить эту женщину. Я встал из-за стола, подошел к ней и пригласил на ужин. Я был вполне собой доволен: по крайней мере бедняжка будет ограждена от притязаний этого нахала.
         Вечером я шутки ради собирался так, словно готовился к любовному свиданию. Тщательно оделся, за ней заехал на такси, ублажал ее ужином в одном из лучших ресторанов. И тут же, почти сам этого не желая, принялся соблазнять ее. Это занятие меня забавляло: в конце концов я делал ей добро, дал этой женщине то, что безусловно ни один мужчина ей не даст. Я задыхался от избытка доброты и сочувствия, я упивался своим добросердечием...
В полночь я проводил ее домой. Она мне предложила как обычно выпить по последней у себя дома. Шутки ради я согласился. Если она тоже примет участие в игре, комедия будет полной.
        Мы пили, болтали. Я на нее смотрел, она сидела на своей скромной студенческой кроватке: мне хотелось заняться любовью. "Как жаль,что она так безобразна", подумал я.
         Кто из нас протянул руку?
          Час спустя мы были в объятиях друг друга. Это было как затмение, и ночь, и утро. Берегитесь женщин, которые кажутся вам некрасивыми - они неотразимы...

ЭРИК ЛАРСЕН Я не такой сложный человек как вы: с первого же взгляда я решил, что Элен Меттернах прекрасна.
АБЕЛЬ ЗНОРКО Это химический эффект нашей любви: после меня все мужчины видят ее моими глазами.
ЭРИК ЛАРСЕН (сомневаясь) Но это не объясняет мне, каким образом вы ее соблазнили.


АБЕЛЬ ЗНОРКО Не я соблазнял ее, это она меня соблазнила. Падение мужчины действует безотказно на любую женщину. (пауза, вглядывваясь в свои воспоминания, искренне) Перед ней я был безоружен, я был пятилетним, десятилетним, двадцатилетним, я как бы проживал всю свою жизнь одновременно, и только после нее я наконец пережил свои детство и юность - в сорок лет. (продолжая, слишком счастлив от воспоминаний) Мы прожили наразлучно много месяцев, я снял небольшую квартирку близ университета. Моя претенциозность сходила за юмор, я смешил ее, и наверное я и в самом деле стал таким чудесным, каким она меня считала. Я осыпал ее подарками, впервые в жизни я знал, на что мне тратить деньги. А она любила меня так, что я и сам начинал себя любить.


ЭРИК ЛАРСЕН Почему вы не поженились?
АБЕЛЬ ЗНОРКО (смеясь) Для писателя женитьба - это как грязная тряпка на полу в библиотеке. По мне лучше краткое помешательство, чем длительная глупость.
ЭРИК ЛАРСЕН Вы не отделаетесь пустыми словами. Зачем было провоцировать разрыв? Вы что, не можете выносить счастье?
АБЕЛЬ ЗНОРКО Я был очень привязан к Элен. И когда мы клялись любить друг друга "всю жизнь", мне хотелось чтобы это "всю жизнь" длилось действительно всю жизнь. Мне известно, что наиболее сильные чувства претендуют на бессмертие, но как правило это бессмертие длится недолго.
ЭРИК ЛАРСЕН Вы испугались, что ваше чувство охладеет?
АБЕЛЬ ЗНОРКО Конечно. Это все равно что обещать всю жизнь болеть горячкой. И, чтобы любовь крепла, я предложил расстаться.
ЭРИК ЛАРСЕН Я вас по-прежнему не понимаю.


АБЕЛЬ ЗНОРКО Вы не понимаете? Но жизнь вдвоем создавала напряжение неутолимое: существование бок о бок в одной комнате, в одной постели все время напоминало нам о том, что мы разлучены. Я в жизни не испытывал такого одиночества, как постоянно находясь с нею. Мы набрасывались друг на друга , чтобы победить жажду, которая была сильнее нас, жажду неистребимую, похожую на ярость, мы занимались любовью день и ночь... любовью долгой, буйной... как будто хотели слиться в единую плоть. Всякое расставание было расчленением... и если мы не были вместе, я выл от злобы, я бросался на стены... если она уходила хотя бы на день, я подыхал... Очень скоро мы перестали выходить из дома, и мы провели, по-моему, пять месяцев в объятиях друг друга.
          И все что есть несчастного в любви я узнал именно с ней. Вы никогда не ощущали, сколько жестокости скрывается под лаской? Мы думаем, что ласка нас сближает? Нет, она нас разделяет. Она нас мучает и убивает, между рукой и телом проникает пустота, под каждой лаской притаилась боль, боль невозможности соединиться до конца; ласка - конфликт между одиночеством, хотящим слиться, и одиночеством, хотящим, чтоб с ним слились... но этого не получается... и чем больше страсть, тем больше расстояние... тебе кажется, что ты ласкаешь тело, а на самом деле растравляешь рану...
          И мы соединялись, сливали наши губы, зубы, влажные рты; как два спасателя или два тонущих, мы дышали одним дыханьем, одним сердцем, и я стремился ворваться в нее, она - исчезнуть во мне, мы хотели стереть, разрушить все что нас разделяло, пропасть друг в друге, стать одним, стать наконец единым сплавом. Но как мы не вопили и не ерзали - я все равно был гостем, а она - этого гостя принимала. Я оставался я, она - она. Тогда, пускай слияние было недостижимо, нас соединяла надежда на наслаждение; и мы чувствовали, как оно приходило неотвратимо, то мгновенье, когда мы будем наконец вместе, сольемся друг в друге, и может быть тогда...
Конвульсия. Еше одна конвульсия. И снова одиночество...
           Жалкое наслажденьице, снова разделяющее нас, наслажденье-разлука. Нелюбовь. Мы оба отворачивались по краям постели, и снова погружались в холод, в пустоту, молчание и смерть. Нас было двое. Навеки. Только оставалась в памяти то мгновенье, когда казалось, что я покинул себя, горечь, пьянящая и грустная, как запах магнолии, тяжелый, в летний вечер... Наслажденье - лишь путь к погруженью в одиночество.

ЭРИК ЛАРСЕН Я вижу все это иначе, чем вы.


АБЕЛЬ ЗНОРКО (увлекшись воспоминаниями) Вы вовсе ничего не видите. Это была уже не любовь, это было рабство. Я не мог больше писать, я мог думать лишь о ней, я не мог обойтись без нее.
ЭРИК ЛАРСЕН Вы принесли ее в жертву.
АБЕЛЬ ЗНОРКО Как?
ЭРИК ЛАРСЕН Вы пожертвовали Элен Меттернах ради своей работы. Это убийство.
АБЕЛЬ ЗНОРКО Вовсе нет. Мы сделали нашу любовь еще чище, еще важнее, еще сильнее.
ЭРИК ЛАРСЕН Вот как? Идеальная любовница по-вашему - та, что отсутствует?
АБЕЛЬ ЗНОРКО (позабавлен агрессивностью Ларсена) Успокойтесь. С того момента как мы перестали набрасываться друг на друга, наша связь смогла раскрыться в других измерениях. В наших письмах мы говорили о литературе, философии, искусстве, она комментировала каждую написанную мной страницу, и, кстати, вовсе меня не щадила; мне кажется даже, что Элен была единственным искренним критиком в моей жизни. А в минуты усталости, когда я чувствовал себя опустошенным, она возвращала мне уверенность в себе.
ЭРИК ЛАРСЕН Как удобно.
АБЕЛЬ ЗНОРКО (все больше забавляясь) Послушайте, господин журналист, мне кажется что вы принимаете все это слишком близко к сердцу. Вы хотели сенсации, я дал вам ее. Вам бы возрадоваться, а вы впадаете в такое состояние. (категорично) Нет-нет, секс становится всего лишь скотством, когда он примешивается к любви. Мы с Элен просто обязаны были ради самих себя преодолеть эту трясучку. (задумывается, колеблется минутку, потом вынимает из кармана письмо) Вот, я попросил бы вас оказать мне услугу. Вы возьмете это письмо, отдадите ее Элен Меттернах и потребуете, чтобы он прочла его при вас.
ЭРИК ЛАРСЕН Зачем? Она больше не читает ваши письма?
АБЕЛЬ ЗНОРКО Послушайте, окажите мне эту услугу без комментариев.

Ларсен берет письмо. Но опять упорно возвращается к предыдущему разговору.
ЭРИК ЛАРСЕН Нет, я не понимаю... Вы навязываете разлуку, вы насильно лишаете... Вы любите не любовь, а любовные страдания.
АБЕЛЬ ЗНОРКО Это глупо.
ЭРИК ЛАРСЕН Вам нужна Элен, чтобы сгорать, мучиться и пожирать себя... для смерти, не для жизни.
АБЕЛЬ ЗНОРКО (подыгрыввая Ларсену) Я зверски жажду смерти.
ЭРИК ЛАРСЕН Как бы то ни было, вы даже не знаете, кто она такая.
АБЕЛЬ ЗНОРКО (смеясь над агрессивностью Ларсена) Да вам то до этого какое дело?
ЭРИК ЛАРСЕН Вы любите не Элен, вы любите глубину вашего страдания, ненормальность всей этой истории, терзания противоестественной разлуки... Вам нужно не присутствие Элен, а ее отсутствие. Не та Элен, которая есть на самом деле, а та Элен, какой вам недостает. Да, вы правильно сделали, скрыв от всех, что книга ваша происходит из самой вашей жизни: а то все узнали бы, что Абель Знорко, великий Абель Знорко - всего лишь прыщавый юнец, который томиться вот уже пятнадцать лет в ожидании почтальона!


Знорко весьма смущен и тем, что говорит Ларсен, и тем, как он это говорит, однако решает обратить все в смешную сторону.
АБЕЛЬ ЗНОРКО Успокойтесь. Эта сцена совершенно не имеет отношение к разговору.
ЭРИК ЛАРСЕН Вам не следовало ни в коем случае бросать эту женщину. Удалив ее от себя, вы погубили ее.
АБЕЛЬ ЗНОРКО Вы и вправду очень приземленный человек. У нас все было по-настоящему - и ласки, и разлука. И ничего я не приносил в жертву, мы оба были за. Иначе, как вы думаете, зачем ей было соглашаться?
ЭРИК ЛАРСЕН Я полагаю что у нее, как у всех страстных людей, была скрытая предрасположенность к страданию... (пауза) А потом... она любила вас. Она согласилась ради вас, только ради вас.
АБЕЛЬ ЗНОРКО Будет вам!
ЭРИК ЛАРСЕН Вы оба заботились о великом Абеле Знорко - она и вы.

Знорко хохочет.

АБЕЛЬ ЗНОРКО Послушайте-ка, ее судьба явно очень волнует вас... (забавляясь) Вы так лекго загораетесь желанием защитить вашу землячку... Вы хорошо знаете Элен Меттернах?

ЭРИК ЛАРСЕН Очень хорошо. (пауза) Она - моя жена.





(Продолжение следует)

По мотивам пьесы Эрика-Эммануила Шмитта «Загадочные вариации»
Фото спектакля «Посвящение Еве», театр Вахтангова.
В главный ролях Василий Лановой (Абель Знорко) и Евгений Князев (Эрик Ларсен)

Tags: cherry, Лики любви, По мотивам, Смятение чувств, Театр
Subscribe
promo otrageniya april 14, 06:25 67
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments