Mary Rua (foolofwonders) wrote in otrageniya,
Mary Rua
foolofwonders
otrageniya

Categories:

Экспонат

Музей восковых фигур закрывался в 19.00. Зимой в это время уже темнело, и Захар Викентьевич перед последним дежурным обходом на несколько минут включал свет.

На электричестве экономили, потому что посетителей зимой было раз, два да обчёлся. Захар Викентьевич приносил из дома свечку, и, когда на город опускались сумерки, зажигал её и ставил рядом со своим стулом. Сидеть в полной темноте; рисковать жизнью за восемь тысяч рублей в месяц; он не хотел.

Ему казалось; Нет, он точно знал: в мрачном зале с персонажами кинофильмов кто-то был. Сколько раз Захар Викентьевич слышал необъяснимые шорохи и стоны, доносившиеся из этого зала. Однажды он даже набрался смелости и, ухватившись дрожащей старческой рукой за крестик на шее, пошёл проверять.

Зажёг в зале лампы, под которыми воск – и его собственная кожа – отливали мертвенной бледностью. Подходил по очереди к великому сыщику Шерлоку Холмсу, к Джеку-Воробью, Пиковой Даме, Гэндальфу – и к другим. Он старался не приближаться и только щурился своими подслеповатыми глазами, когда ламповый свет давал от фигур слишком яркие отблески.

Когда Захар Викеньтевич проходил мимо лежавшего в своём гробу Дракулы, что-то привлекло его внимание, и старик остановился.

Дракула лежал неподвижно, сцепив на груди руки. Его веки были прикрыты, а кожа на фоне чёрного сюртука и красной обивки гроба сияла неестественной белизной. Из-под пунцовых губ виднелись кончики клыков.

Захар Викентьевич постоял минуту-другую, силясь понять: что не так? Потом он разглядел это – кровавые капли на белоснежной рубашке - и на полу, под гробом. Он готов был поклясться, что раньше их там не было.

Старик вздрогнул и попятился.

«Вурдалак! Упырь!» - пронеслось в его голове, и он сжал крестик, словно соломинку, за которую, как известно, цепляется утопающий.

Шаг за шагом, Захар Викентьевич отступал к выходу из зала. Он не отводил от упыря глаз, и в какой-то момент они заслезились. Сквозь слёзы музейному смотрителю почудилось, что из-под плотно прикрытых век Дракулы блеснули яростные зрачки.

- Отче наш, сущий на небесах, да святится имя твоё!.. – скороговоркой зашептал старик. Его губы прыгали, сбиваясь, шепелявя, искажая молитву.

Взгляд Дракулы преследовал его до самого выхода из зала… и дальше, до его шаткого стула у входа в музей. Захар Викентьевич чувствовал этот ненавидящий взгляд всей кожей, и по ней бегали мурашки.

Он еле дождался конца рабочего дня… и ни на следующий, ни в другие дни в зал с персонажами фильмов больше не заходил.

***

Через две недели всеми верующими Москвы ожидался большой праздник: Крещение Господне. Ждал его и Захар Викентьевич. Он любил смотреть, как освящают вырубленную в речном льду купель – иордань. Как лезут в ледяную воду те, что похрабрее, и лишь весело фыркают от холода, оздоравливая душу и тело.

Пока музейный смотритель сидел на своём стульчике, предвкушая великий праздник, в голове его мелькали мысли: а не набрать ли освящённой водицы для того, чтобы окропить ею проклятую нежить в _том_ зале? Богоугодное дело… Только вот не погибнет ли при этом он сам – немощный старик? Захар Викентьевич не питал иллюзий по поводу собственных сил – и кажущейся неподвижности Дракулы.

…В канун праздника в музей заглянул директор – Акылжан Болатханович Усенов. Старика-смотрителя его неожиданный визит совсем не обрадовал. Он никак не мог выговорить казахские, перенавороченные на русский манер, имя-отчество, и директора это раздражало.

- Что, Захар, так и сидишь? – спросил директор, стремительно пробежавшись по выставочным залам.

- Да, Акул… Амал… Э-э-э… - Захар Викентьевич опять забыл сложное казахское имя и смолк.

- «Господин Усенов», - поморщился директор. – Зови меня так.

- Хорошо, господин Усенов, - с облегчением кивнул старик.

- Тебе, наверное, скучно тут сидеть всё время, а, Захар? – сказал директор, хитро щуря свои и без того узкие глаза.

Захар Викентьевич молчал, не зная, что ответить. Но директор ответа и не ждал.

- Завтра в подвале приберёшься, - коротко приказал он, и, не оставляя старику времени на ответ, хлопнул за собой тяжёлой входной дверью.

А ведь завтра праздник… На глаза музейного смотрителя навернулись непрошенные слёзы. Что же, получается, он пропустит Крещение Господне? А что делать? Не выполнит приказа – казах возьмёт и уволит его. Как Захар Викентьевич проживёт на мизерную государственную пенсию?..

***

Музей восковых фигур открывался в 11 часов – в любые дни, кроме субботы и воскресенья. Дверь в подвал располагалась рядом с главным входом: если к главному входу вели каменные ступени, то к подвалу спускалась коротенькая чугунная лесенка. Обе двери запирались одним ключом, который держал у себя в кармане Захар Викентьевич.

С ведром воды, тряпкой для пыли и шваброй музейный смотритель медленно, нехотя спустился по чугунной лестнице и отпер дверь.

Здесь было темно, пыльно, и вещи давно заросли паутиной. Выключатель не работал. С улицы в подвал проник свежий морозный воздух, но старик, тем не менее, ощутил слабый неприятный запах гниения.

Захар Викентьевич порадовался, что захватил с собой свечу. Чиркнув спичкой, он обошёл помещение, больше похожее на каменный склеп, по периметру. На захламленном полу валялись восковые руки, ноги, даже головы. На вешалке у стены висели костюмы. В нескольких нагромождённых друг на друга ящиках скопились всякие безделушки. Ещё тут были картины, элегантные винтажные столики со стульями – и два гроба.

При виде вертикально стоявших у стены гробов на старика хлынуло уже знакомое ощущение жути, и руки затряслись. Пламя свечи запрыгало, заставляя тени вокруг зловеще плясать и корчиться по стенам.

Захар Викентьевич протянул руку и дотронулся до крышки первого гроба. Он должен был его открыть. Если его судьба – умереть сегодня от клыков нежити, так тому и быть… Он всё равно не мог пройти мимо… или уйти отсюда… или убираться, зная, что за его спиной спит в своём гробу вурдалак.

Крышка, обитая изнутри уже знакомым красным атласом, откинулась – и Захар Викентьевич вскрикнул. Внутри гроба скорчился серый разлагающийся труп. Полностью обескровленный. Гнилостная вонь, скопившаяся в гробу, заставила старика отшатнуться. Немного придя в себя, он разглядел, что тело принадлежало совсем молоденькой девчушке. Такой была его внучка – Настенька. На девочкиной шее виднелись прокусы… Следы от клыков. Старик вспомнил выступающие клыки Дракулы. Да, да… Это сделал он.

Музейный смотритель обречённо повернулся ко второму гробу, уже зная, что там увидит. Крышка – алый атлас – ещё одно тело. Тоже девичье и обескровленное. Маленькая и хрупкая, она сидела на корточках, обхватив руками колени. Разложение почти не коснулось её – по всей видимости, эта девушка была убита уже зимой, и холод до сих пор сохранял её красоту. Под запрокинутой головой Захар Викентьевич уже без удивления разглядел след укуса.

Покачиваясь на нетвёрдых старческих ногах, он вышел из подвала.

***

До самого вечера Захар Викентьевич бродил по московским проспектам и переулкам. Думал горькую думу. Несколько раз хотел зайти в церковь, но вспоминал о празднике – священникам сегодня не до вампиров старого музейного смотрителя, - и снова принимался бесцельно топтать исхоженный сотнями подошв снег. Мысли терзали его душу. Как Бог допускает существование упырей посреди самой столицы? Сколько девочек и девушек успел погубить упырь и куда он дел их тела? Захар Викентьевич не сомневался, что в подвале были далеко не все жертвы вампира. И что делать ему, старику? Он не может никому об этом рассказать – сочтут безумцем. И не может сражаться сам… Что делать?

Потом он вспомнил о купели.

Захар Викентьевич подобрал возле мусорного контейнера пластиковую бутыль с крышечкой и пошёл к реке. День подходил к концу, и народа у проруби уже не было. В темноте и тишине старик встал на четвереньки и набрал в бутылку святой воды.

Вставая, он оступился и соскользнул в воду. Лесенку для «моржей» убрали ещё днём, и Захар Викентьевич слабо барахтался у края проруби. Лёд и снег не хотели помочь ему выбраться, а тело под намокшей одеждой замерзало быстро… слишком быстро. Он уже думал, что утонет, не выполнив главную миссию своей жизни, когда, наконец, зацепился и очень медленно выполз на лёд. Бутыль, конечно, утонула.

Он не переживёт эту ночь на морозе в минус двадцать, понял Захар Викентьевич. Не Дракула, а он – музейный смотритель – умрёт сегодня. Старик выругался и, тоскливо поглядев на иордань, плюнул в чёрную воду.

«Бога нет, - подумал он. – Бога нет…»

***

Из последних сил он добрался до ближайшей церкви – и тут ему повезло.

- Дедушка! – позвал его из машины звенящий женский голос. – Не подскажешь, как проехать к… Ой! Дедушка, ты же весь мокрый! Я вызову Скорую!..

Захар Викентьевич обернулся на голос и увидел личико с тёмной чёлкой и лучистыми – а сейчас просто встревоженными – карими глазами. Эта девушка тоже напомнила ему Настеньку… и тех жертв проклятого упыря в музейном подвале.

- Не надо скорую, милая, - просипел он. – Я в прорубь свалился… Мне бы домой.

- Я тебя подброшу, дедушка! – она приняла решение мгновенно. Постелила на сиденье рядом с водительским какие-то пакеты и крикнула в приоткрытое окошко: - Садись! Я сейчас включу печку!..

Машина встретила его – тяжёлого и мокрого до нитки – животворящим теплом.

- Где ты живёшь? – она так волновалась (за него? За старика?), что чуть не врезалась в фонарный столб на выезде со стоянки.

Мысли Захара Викентьевича двигались медленно и неповоротливо. Он не сразу понял, о чём его спрашивают, и назвал адрес музея… А когда понял, улыбнулся.

Это судьба. Да, это его судьба. Бог есть. И Захара Викентьевича охватил жгучий стыд за плевок в святую воду купели. Ведь теперь, когда старик омыт святой водицей, Дракула просто не сможет ничего с ним сделать. Это…

- Ты замёрз… Вот! – Девушка пошарила рукой на заднем сиденье и вытащила бутылку кагора. – Пей... Ничего-ничего, не стесняйся, возьмёшь с собой. Пусть и у тебя будет сегодня праздник. Тем более, мы почти на месте!..

- Спасибо, милая, - вздохнул старик. Тепло волнами захлёстывало его тело и исполненную благости душу. – А зажигалки у тебя не найдётся?..
Subscribe
promo otrageniya апрель 14, 06:25 67
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments