Mary Rua (foolofwonders) wrote in otrageniya,
Mary Rua
foolofwonders
otrageniya

Подвал

(Рассказ впервые написан N лет назад, удалён в порыве самокритики и заново переписан в 2011-ом году. Найдёте где-нибудь на форуме старую версию – не спешите обвинять автора в плагиате).

Перед подъездом девятиэтажки толпился народ. Большую часть толпы составляли жильцы – это было видно по их домашним халатам и тапочкам. Дом стоял в спальном районе, поэтому прохожих было мало, но кое-кто уже успел присоединиться к зевакам. Поглазеть тут было на что: у распахнутой настежь двери подвала ничком лежал бомж.

Бомж определённо был мёртв. Вся его поза говорила о том, что до самого конца он отчаянно пытался выбраться из подвала. Об этом свидетельствовали сбитые в кровь колени, исцарапанные пальцы, но главное – сведённое в гримасе дикого ужаса лицо.

Это была не первая смерть, непосредственно связанная с подвалом дома номер 26 по Никольской улице. Если у кого-то из жильцов этого или соседских домов сбегал домашний питомец, труп его чаще всего обнаруживался на лестнице подвала. То же касалось бродячих собак и кошек. Крыс, как в других подвалах, не было совсем.

Однако труп человека оказался здесь впервые…

Смутно подозревая опасность, жильцы и раньше избегали открывать тяжёлую деревянную дверь под навесным замком и спускаться по узкой мрачной лестнице. Обычно забитые картошкой и металлическим хламом, чуланы пустовали.

***

Сквозь толпу протолкался очкастый пацанёнок и, растопырив локти, встал так, чтобы не пропустить самое интересное: приезд скорой помощи, которую уже вызвали подъехавшие немногим раньше полицейские. Пока медики грузили труп на носилки, к другу присоединился Женька из 53-ей квартиры.

- Колян говорит, что это он пустил в подвал бомжа! – Шёпот Женьки был довольно громким, но, к счастью, недостаточно громким, чтобы его услышал толстый полицейский, который заполнял протокол в трёх метрах от жильцов. Гомон соседей легко перекрыл его слова.

Однако Санёк услышал.

Повернувшись к Женьке, он cсомнением сказал: - Врёт!..

Но про себя Санёк знал: не врёт. Колян был из тех малолетних бандитов, с кем родители строго-настрого запрещают связываться приличным домашним детям. Можно сказать, у Коляна был «стаж». Во всём подъезде только у него хватило ума пустить в подвал человека, как раньше хватало ума измываться над собаками и кошками и воровать то, что по недосмотру оставляли на лестничных площадках соседи. Коляну было почти шестнадцать, и под влиянием приятелей такого же уровня интеллекта он твёрдо решил стать домушником. Для этого он забросил школу и всё своё свободное время посвящал тренировкам по открыванию замков, которые находил где-то на свалке.

- Говорит, хотел посмотреть, что будет… - с показным равнодушием отозвался Женька.

- И как, посмотрел?

- Ага. Сегодня ночью сам туда пойдёт!..

- Да ладно! – Санёк поправил очки и скептически усмехнулся. – Сегодня подвал закроют и оцепят. Может, и охранника поставят. Я слышал, как менты между собой говорили. Никуда Колян не пойдёт.

- Делать им нечего, охрану ставить… - хмыкнул в ответ Женька.

Он оказался прав. Через полчаса о ночном происшествии напоминали только плохо зачищенные кровавые полосы, тянувшиеся из-под тяжёлой двери. Труп увезли, вместе с ним уехали и полицейские. Навесной замок жильцы дополнили врезным, ключ от которого взял себе представитель ЖЭКа – дядя Костя. И на этом всё кончилось.

***

Слегка разочарованные тем, что всё закончилось так быстро, Санёк и Женька бесцельно сидели на лестнице шестого этажа. Снаружи шёл дождь, дома у Санька безмятежным сном спал рядом с матерью мелкий братишка, а дома у Женьки предавался эротическим играм с одноклассницей старший брат. Так что пойти им было некуда. Санёк сосредоточенно ковырял ключом стену подъезда. Женька просто молчал, думая о чём-то своём.

Хлопнувшая внизу дверь словно разбудила его, и Женька прервал затянувшееся молчание.

- Колян запросто вскроет оба замка, - сказал он. – У него специальные маникюрные ножницы есть и ещё куча всяких прибамбасов.

Санёк отвернулся от стенки и посмотрел на друга. Женька сидел, обхватив руками колени и прикусив нижнюю губу. Вид у него был упрямый.

- Ты что, с ним собрался? – спросил Санёк и почувствовал, как по его коже пробежал холодок. Сам он ненавидел этот подвал, как не любил пещеры и подземелья в целом – с тех ещё времён, когда прочитал у Толкиена о Мории.

- Всё равно делать нечего, - пожал плечами Женька, сохраняя на лице всё тот же отпечаток решимости. – Предки в Турции отдыхают, а брату пофиг, есть я дома или нет.

- С катушек съехал?.. Это же Подвал! Там все дохнут. Не понимаешь?

- Я так и знал, что зассышь, - с тайным злорадством в голосе сказал Женька и засмеялся. – Хотел тебя с нами позвать, но все знают, что ты – ссыкло!

Санёк вспыхнул и толкнул друга на перила. Женька ответил тем же, и некоторое время они дрались, молча сопя и пыхтя от злости. В конце концов, оба выдохлись и снова уселись на ступеньки – не рядом. Теперь Санёк сидел на три ступеньки выше.

- Я не ссыкло, меня мать не пустит, - наконец, хмуро сказал он. Слова друга о трусости задели его тем, что попали в яблочко.

- А ты скажи ей, что заразился от меня гриппом и не хочешь, чтобы ваш мелкий тоже заболел, поэтому переночуешь у меня, - предложил Женька. Что-что, а находить выход из, казалось бы, безвыходных положений он умел. – Покашляй, лоб натри. Я так от школы отмазываюсь. Раз плюнуть!

Санёк понял, что попал.

***

На самом Коляне была только неизменная строительная каска, с которой он (на случай столкновения с гопниками из других районов) не расставался никогда, а за плечами виднелся рюкзак с воровским инструментарием и тяжёлым фонарём.

Впрочем, рюкзаки взяли с собой все.

Саньку заботливая мать положила с собой бутерброды и лекарства. Женька стащил у брата из ящика стола складной нож, а из шкафа – свитер, подозревая, что осенней ночью в подвале будет холодно.

…На то, чтобы открыть навесной, а затем и врезной замок, Коляну понадобилось минут пять, но тяжёлая дверь поддалась не сразу. Только когда они все трое потянули её на себя, дверь зловеще заскрипела, отползая к стене.

Пятна крови на цементе казались почти чёрными под светом Колянова фонаря. Санёк ощутил приступ дурноты и закрыл глаза, не желая, чтобы Женька – а тем более, Колян – стали свидетелями его слабости. «Интересно, - подумал он. – Почему трупы животных и… этого бомжа тоже… находили не в самом подвале, а перед дверью? Или вообще у подъезда? А может, это были не все кошки и собаки, которые исчезли? Тогда остальные точно должны быть где-то внутри…»

Он открыл глаза и с тоской посмотрел на дверь подъезда. Ещё не поздно уйти, убежать отсюда, подняться на лифте наверх, позвонить в дверь своей квартиры и сказать маме, что передумал… Что ему уже намного лучше… Или что он совсем не болеет, и просто соврал.

Но тут Колян сказал: - Пошли!..

И двинулся вперёд. Санёк стоял сразу за ним, Женька уже нетерпеливо толкал его в спину. Волей-неволей, еле переставляя ноги, Санёк поплёлся в подвал.

***

Женька шёл последним. Его тоже пробирал страх, но он фыркал на себя и считал страх досадой – из-за спин Коляна и Санька ему почти ничего не удавалось увидеть. В какой-то момент мощный луч фонаря снизился и выхватил из мрака цементную площадку с трещинами и паутиной по углам. Освещённая неестественным бело-голубым светом, площадка показалась Женьке водной гладью. Он тут же вспомнил, как несколько месяцев назад в подвале прорвало трубу, и он наполнился вонючей канализационной жижей, которая, кроме всякого мусора и продуктов человеческой жизнедеятельности, вынесла на свет божий кости. Взрослые не обратили внимания, но Женька был там и подобрал их. Он даже сложил некое подобие скелета собаки под одним из балконов дома и показал его друзьям, повысив этим свой авторитет. К сожалению, скелет не получился. Некоторые кости оказались слишком мелкими, а другие, наоборот, слишком большими даже для рёбер. Но Женька об этом не задумывался. В отличие от Санька, он даже не спрашивал себя, откуда взялись в подвале кости. Он любил не размышлять и анализировать, а действовать. В этом для него заключался смысл жизни.

Женька последний раз провёл рукой по гладкой, в отличие от подъездных, стене подвала и вслед за друзьями сошёл с лестницы на площадку. Колян уже свернул влево, и без его фонаря площадка выглядела тёмной и безжизненной, однако над лестницей ещё виднелся, успокаивая Женькины нервы, прямоугольник раскрытой двери. Там светила лампочка. Бросив на неё прощальный взгляд, Женька вздохнул и тоже повернул в левый коридор подвала. Он не успел увидеть Максима Петровича, который в это время обычно возвращался с работы. Когда тот подошёл к дому и узрел открытую настежь подвальную дверь, он недовольно нахмурился. Максим Петрович слыл человеком аккуратным и педантичным. Он добросовестно закрыл дверь, нажав на неё плечом для верности, и щёлкнул навесным замком.

Затем Максим Петрович со спокойной душой направился к лифту.

***

Левый, как и правый, коридор загибался буквой «Г» и разветвлялся на несколько тупичков, каждый из которых оканчивался чьей-нибудь каморкой. Колян останавливался перед каждой из них, быстро или не очень быстро – как получалось – вскрывал замок и проникал внутрь в поисках мало-мальски ценных вещей. Когда он сделал это впервые, Санёк почувствовал себя неуютно. Он думал, что Колян просто обследует подвал с фонарём, и они поднимутся обратно в его квартиру. На всё про всё, полагал Санёк, уйдёт от силы минут двадцать. Не дурак же Колян, чтобы всю ночь сидеть в подвале, где все умирают. А теперь перед ним раскрылась вся сущность того, чем они тут занимались. Он и Женька оказались участниками воровского набега. Если всё это раскроется…

Тут Санёк посмотрел на хамоватое лицо Коляна и его кулаки, вспомнил его приятелей и отогнал от себя трусливые мысли. Не раскроется. На воровстве Коляна ловили редко… А если они и попадутся, Санёк лучше промолчит, чем скажет против него хоть слово. Или вся эта история плохо для него закончится.

Женька, напротив, ни о чём таком не думал. Он с любопытством лез за Саньком и Коляном в каждую каморку, шёпотом сопоставляя номер на ней с номером квартиры её обладателя, и воображал вещи, которые тот мог здесь держать.

Однако им не повезло. Как уже упоминалось выше, жильцы этого подъезда старались не использовать подвал для хранения вещей, и кроме белёсых ростков картошки из-под пола и рамы от велосипеда, в чуланах левого коридора Колян не нашёл ничего.

Это привело его в дурное настроение. К тому же, он сильно подозревал, что возня в правом коридоре тоже будет бесполезной, а часы уже показывали полдвенадцатого ночи.

Выйдя из последней в коридоре каморки, Колян снова занял позицию лидера, который фонарём показывал всем дорогу. Когда фонарь указал на лестницу, Колян по привычке мазнул светом по наружной двери… И быстро вернул туда луч. Дверь была плотно закрыта, - похоже было, что даже заперта.

Прыгая через две ступеньки за раз, Колян взбежал к ней и сильно ударил плечом в попытке открыть. Дверь дрогнула, но не поддалась, и он услышал, как снаружи шевельнулся навесной замок.

- Твою мать! – Колян повернулся к стоявшим внизу с задранными головами Саньку и Женьке и рявкнул: - Кто шёл последним?

Санёк отшатнулся, а на Женькином лице появилось баранье выражение. Он ещё не испугался и не успел почувствовать себя виноватым, но понял: что-то пошло не так.

- Ну, я… - сказал он, только чтобы не спасовать перед Коляном.

Ты её за собой закрыл, б**, что ли?

- Нет, открытой оставил…

- Прикрыть! Прикрыть надо было, идиот, лошара, б**! – Колян выругался матом и в бессильной ярости пнул тяжёлую дверь. – Какой-то му**к закрыл нас на замок!..

- Так открой её, - несмело предложил Санёк, защищая Женьку. – У тебя же все инструменты с собой.

- Какие, на*, инструменты, кретин?! Замок снаружи. Ты щель видишь здесь?! Вот и я нет. Взял же с собой двух чурок, б**!

***

Когда Колян немного успокоился, они молча проследовали за ним в правый коридор.

Каморки правого коридора тоже ничем их не порадовали. Ржавая сковородка с дыркой на дне и чугунная гантель, вот и все богатства. Санёк устал. Он даже перестал заходить в каморки, а просто стоял на пороге и смотрел на заколоченные досками и забранные мелкой решёткой окна. Ему пришло в голову, что попробовать выломать одно из этих окон куда легче, чем тяжёлую деревянную дверь, но говорить сейчас об этом Коляну было бесполезно. Тот матерился злым шёпотом и пару раз даже отвесил Женьке леща за то, что тот лез под руку.

Наконец, осмотр правого коридора был завершён, и Колян, шуганув обоих пацанят по углам, мрачно пошёл обратно к лестнице. Санёк и Женька следили за ним из последней каморки. Вот он подошёл к углу и повернул, возвращая коридору первозданный мрак, а затем… Затем раздался глухой стук, как будто что-то упало. И следом за этим раздались звуки, будто кто-то волочил по полу тяжёлый мешок.

Санёк смотрел в темноту широко раскрытыми глазами, не зная, действительно ли он всё это слышал или ему просто показалось. Женька за его спиной молчал. На негнущихся ногах Санёк пошёл к повороту и заглянул за угол. Темнота. Всё та же темнота и тишина поджидала его за углом.

- Колян? – позвал он. – Эй, ты где?

- Что там? – выглянул из-за его спины Женька. – Где Колян?

- Не знаю, - ответил Санёк. По его коже побежали мурашки. – Я что-то слышал… Кажется, он упал.

- Надо найти его… и фонарь, - добавил Женька. Его одежда зашуршала рядом, когда он наклонился и стал водить руками по полу. Санёк сдавленно вскрикнул от неожиданности, когда Женькина рука обхватила его кроссовок.

- Чего орёшь? – сердито спросил Женька. – Помоги, не стой, как придурок!

Теперь они оба встали на колени и поползли вперёд, обшаривая каждый сантиметр пола. Санёк запоздало вспомнил продранные джинсы и разбитые в кровь колени бомжа и, сглотнув комок в горле, поспешно отогнал от себя страшные мысли.

Поиски увенчались успехом. Сначала Женькины пальцы влезли во что-то мокрое и липкое. Он брезгливо отдёрнул руку и нечаянно зацепил продолговатый предмет у самой стенки.

- Я нашёл!.. Ага, это первый «отжатый» мобильник Коляна! – восторженно прошептал он, когда от случайного нажатия на кнопку зелёным светом загорелся экран. – Чёрт, ну и старьё… Даже сигнала нет, да и заряд кончается.

- Зато его можно использовать как фонарик, - вздохнул Санёк. У него немного отлегло от сердца. Если они нашли выпавший мобильник - значит, и Колян где-то тут, рядом.

- Точно! – Женька обратил экран телефона в темноту.

В рассеянном зелёном свете обнаружилась строительная каска и чёрное масляное пятно под ней. В этом же «масле» оказались вымазаны их коленки и – частично – пальцы. Когда полминуты спустя они поняли, во что вляпались, экран мигнул, и телефон отключился. Двое напуганных до смерти детей в чужой крови остались в подвале одни.

***

После тихого, но яростного спора, прерываемого только паническими рыданиями Санька, решено было вернуться в каморку и попытаться выломать доски и решётку, загораживающую окно. Так считал Санёк. Женька стоял на том, что всё это – дурацкая шутка, розыгрыш Коляна, и тот наверняка поджидает их в соседнем коридоре, чтобы выставить на посмешище, когда они его найдут. Поэтому, говорил он, надо пойти и найти его прямо сейчас! Или они все просидят здесь до утра, забившись каждый в свою каморку – благо, Колян оставил их открытыми. Тем не менее, когда Санёк сказал, что искать Коляна ему придётся самому, потому что он никуда идти не собирается, Женька от этой идеи отказался.

- Ссыкло! – угрюмо повторил он и на ощупь поплёлся за приятелем выбивать окно.

В кромешном мраке они ковыряли складным ножом доски и гвозди, наверное, с полчаса. Исцарапали себе руки, посадили занозы… Потом Женька спрятал нож обратно в рюкзак, и несколько минут они вместе изо всех сил дёргали за доски, пытаясь оторвать их от окна. Бесполезно.

- Надо было взять у Коляна лом, - мрачно сказал Женька, усаживаясь под окном. Санёк уже сидел там, сдавшись чуть раньше. – Блин, жрать-то как хочется…

- Хочешь бутерброд? – предложил Санёк и полез расстёгивать рюкзак. – Мне мать два положила, с колбасой и сыром.

- Давай!..

Какое-то время они сидели молча. Ну, сравнительно молча… Когда от бутербродов остались только крошки, Санька невольно потянуло в сон. Он прислонился головой к холодной стенке и закрыл глаза. Где-то капала вода (по крайней мере, он надеялся, что это была вода). Санёк вспомнил, как полгода назад они с друзьями обшаривали ближайшую стройку. Стройка была великолепной, со множеством обрывавшихся в никуда лестниц, высокими бортиками и кучами щебёнки. Но было там и кое-что неприятное: залитые водой ямы, которые строители называли полуподвальными этажами.

Друзья Санька на спор протискивались в эти квадратные «ямы» сквозь маленькое окошко и по торчавшим из воды доскам пробирались до противоположной стены, где было ещё одно окошко. Когда очередь дошла до Санька, который уже тогда был выше всех, он едва не спасовал, но под насмешливыми взглядами всё-таки полез в тесноту и тишину ямы.

Расстояние от колыхавшейся чёрной воды до потолка составляло около полуметра. Санёк помнил, как, скорчившись в три погибели, он по очереди переставлял ноги, помогая себе руками, касался блока или доски и с облегчением выдыхал. Как жутко он боялся упасть в эту чёрную воду. А ещё больше боялся, что кто-то выскочит оттуда и вцепится прямо ему в лицо.

Наконец, когда он добрался до противоположной стены, очки неожиданно сползли с переносицы и упали прямо туда, в воду. Целую минуту Санёк с ужасом подслеповато смотрел на расходившиеся по ней круги, а потом быстро вылез в квадратное отверстие.

Ему тогда здорово влетело от матери – новые очки стоили недёшево, - но он предпочёл бы получить три таких порки, чем лезть за очками туда, в грязную, полную битого кирпича и ещё неизвестно чего, воду…

Кап…

Кап…

Санёк открыл глаза и поёжился:

- Чёрт, хол-лодрыга к-какая…

Женька достал из рюкзака свитер и сунул ему в руки.

- Слышь, - сказал он примирительно. – Мы не можем просидеть здесь всю ночь. И так с окном целый час провозились. Надо искать Коляна, без него нам точно каюк.

- Н-нет, - лязгая зубами, возразил Санёк. – Н-надо остаться тут до утра и п-позвать на п-помощь!..

- До утра мы замёрзнем, - буркнул Женька и поднялся на ноги. – Не хочешь, я пойду один. Быстро найду Коляна в том коридоре, и мы за тобой вернёмся. С ним эти доски оторвём в два счёта.

- Н-не х-ход-д-ди! – с отчаянием в голосе попросил Санёк, но тщетно. Женькино упрямство, если оно пересиливало его же страх, было непреодолимо.

- Я быстро, - повторил он в темноте, и Санёк услышал перестук торопливых удалявшихся шагов.

***

Прямой коридор Женька пересёк и в самом деле быстро. Придерживаясь обеими руками за стенки, он старался не споткнуться и не вступить во что-нибудь, подстроенное Коляном. В том, что всё это – его рук дело, Женька не сомневался. Мёртвые животные… Колян любил издеваться над животными. Правда, историю с бомжом Женька пока не мог себе объяснить, поэтому просто гнал её из памяти.

Лужа крови ему под ноги больше не попадалась, что лишний раз свидетельствовало: он на верном пути. Колян должен быть либо за углом левого коридора, либо в одной из каморок. Женька снова заглянул в каждую каморку и поводил руками в воздухе…

Никого. Значит, он там, за углом!

Завернув за угол, Женька прошёл несколько метров… и ещё несколько. И ещё. И только тогда удивился. Разве коридор должен быть таким длинным?

Нога внезапно провалилась в пустоту. Не держись Женька за стенку, непременно упал бы, потому что прямо под его ногами откуда-то взялись ведущие вниз ступеньки.

Он помнил, что не поднимался по лестнице к выходу из подвала. Это маленький подвал, он совершенно точно не мог здесь заблудиться!..

« - Это же Подвал! Там все дохнут. Не понимаешь?» - некстати прозвучал в его голове полный страха голос Санька.

«Они были тут и раньше, эти ступеньки! – сказал себе Женька. Он чувствовал, что надо бежать отсюда обратно к Саньку, однако упрямство гнало его вперёд. – Мы просто их не заметили».

Спохватившись, он начал считать ступеньки. Сколько уже прошёл? Три или четыре? А, неважно. «Пять, шесть, семь… девять… одиннадцать… семнадцать». Женька почти убедил себя в том, что он и в самом деле каким-то непостижимым образом забрался обратно к деревянной двери и теперь спускается оттуда.

На двадцать второй ступеньке лестница кончилась. Нога с размаху встала на булыжник и задела что-то круглое, гремящее. От нечаянного пинка оно подпрыгнуло и откатилось от Женьки. Он наклонился и ощупал пол. Да, это уже был не бетон… Булыжники и неровные камни.

- Это… это… - Женька не мог понять, что происходит. Его руки продолжали бестолково ощупывать пол, пока он не дотронулся до черепа. Предмет, который он задел вот уже второй раз, оказался черепом. Сухим – значит, он пролежал здесь достаточно давно. Человеческий череп.

Прежде, чем Женька успел испугаться, его пальцы нащупали рядом с черепом ещё что-то. Коробок. Спички? Да, это были они. Он выдвинул нижнюю половинку – слава Богу, не пустого! – вытащил спичку и чиркнул ею о бок коробка.

Свет! Наконец-то.

 Моргнув несколько раз, чтобы глаза привыкли к свету, Женька огляделся. Никаких ступенек за его спиной не было. Он сидел на корточках в каком-то каменном склепе.

Спичка погасла.

Женька встал и чиркнул ещё одну.

В стенах склепа он увидел полностью и частично замурованные ниши. Из той, что поблизости, видимо, и выкатился череп.

Содрогнувшись, Женька бросил на пол спичку – огонь уже добрался до пальцев, - и зажёг сразу три. Затем медленно пошёл по склепу. В следующей нише, откуда выпало несколько крупных камней, он разглядел целый скелет. В третьей – полусгнившее тело. От него шла такая вонь, что Женька отпрянул.

Он зажигал спички и смотрел, не в силах ни поверить, ни оторваться от этого жуткого зрелища. Так он обошёл склеп по периметру. Остатки скелета, ещё одно тело и, наконец…

- Колян…

С пробитой головой, поджав колени к подбородку, в предпоследней нише сидел Колян. Выражение его лица было, как у того бомжа, которого он же накануне пустил в подвал.

У Женьки дрожали губы. Упрямство ушло, уступив место осознанной мысли: здесь его ждёт то, что поджидало в тёмном коридоре и Коляна.

Он посмотрел в коробок – там оставалась одна последняя спичка. Женька зажёг её и сделал шаг вперёд.

Его предчувствие оправдалось. Последняя ниша в стене склепа была пустой.

***

Вода продолжала капать. Санёк спросил себя, не пора ли Женьке и Коляну (если тот ещё жив) вернуться? По его подсчётам, прошло уже минут десять с тех пор, как он перестал слышать Женькины шаги.

…Наконец, шаги возобновились. Санёк вскинул голову и улыбнулся. Похоже, он и правда оказался трусом, и в подвале не было ничего страшного. А бомж… Наверное, Колян его здорово напугал. Санёк знал, что люди часто умирают от разрыва сердца.

Шаги – глухие и размеренные – приближались. К нему направлялся всего один человек, а не двое.

- Женьк? – позвал Санёк. – Нашёл Коляна?

Тишина. Шаги слышались совсем рядом. Неожиданно Санёк осознал, что они не могли принадлежать Женьке. Судя по частоте шагов, ноги были длинными и тяжёлыми, намного длиннее и тяжелее Женькиных. Санёк съёжился в углу каморки, как мышонок, и затаился.

«Он слышал меня! – крутилось в его голове. – Он меня слышал!..»

Но в каморку незнакомец заходить не стал. Вместо этого он остановился и резко пнул по трубе, проходившей вдоль стены. Той самой, откуда капала вода. Слышно было, как труба надломилась. Капающий звук сменился журчанием мощного потока.

После этого чужак захлопнул дверь каморки и запер её на замок.

Санёк хотел закричать, но вместо крика из его лёгких вышел только беспомощный писк. Он снова услышал удаляющиеся шаги, а затем ощутил, как бетонный пол вокруг него намок.

Санёк вспомнил уроки математики и себя – беспомощного – у доски.

«В бассейне две трубы, - читала вслух по учебнику Ирина Викторовна. – Вода из первой трубы может наполнить бассейн за три часа, но вторая труба опустошит бассейн за шесть часов. Сколько времени потребуется, чтобы наполнить бассейн?»

…Чёрная вода плещется в полуметре от потолка…

Он встал. Каморка пустовала – не было ни досок, ни блоков, на которые можно было залезть. Часть воды, думал он, уйдёт под дверь, но большая её часть останется внутри. Сколько времени потребуется, чтобы целиком наполнить каморку водой? А, Санёк?..

Через полчаса она уже доходила ему до щиколоток, ледяная чёрная вода. Он быстро перестал чувствовать свои ступни, икры, колени… Ещё немного, и он упадёт, давая ей поглотить себя целиком.

Он погрузится с головой, а вода будет подниматься и подниматься… До тех пор, пока между ней и потолком не останется всего полметра.

Джинсы на коленях намокли.

Санёк поднял голову и посмотрел в щёлочку, которая оставалась между досками, скрывавшими за собой окошко. Он увидел часть решётки, звёздное небо, Луну и турникет для выбивания ковров на её фоне.

Затем он аккуратно подцепил с переносицы очки, сложил их и уронил в воду.

Через час, когда вода достигла его груди, Санёк вдруг понял, что – а вернее, кого – скрывал квадратный чёрный бассейн на стройке.

И вот тогда он закричал.

***

По другую сторону дома небо медленно светлело – занималась заря. Первый луч Солнца застал перед подъездом Максима Петровича в испачканной кровью пижаме. Глаза Максима Петровича были широко раскрыты и ровным счётом ничего не выражали. В одной его руке покачивался топор, другой он открывал дверь подъезда.

Максим Петрович шёл в квартиру, где проживал один, и его душа полнилась удовлетворением.

Подвал получил свою жертву.

Её хватит надолго.
Subscribe
promo otrageniya april 14, 06:25 62
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments