golovac wrote in otrageniya

Categories:

Люди и судьбы. Йорик.

Как известно, Йорик был бедным, о чем поведал еще Шекспир. С детства он жил с мамой в красивой комнате с лепниной на потолке. И было у них два туалета. На этом все хорошее в его жизни заканчивалось. В квартире было еще 27 (двадцать семь!) комнат с живыми людьми, и кроме упомянутых двух канализационных отверстий имелась немалых размеров кухня с четырьмя газовыми плитами. В комплекте к тому- одинокая мама, горевшая не только на научной стезе, но и  активная партайгеноссе. Папа, балканский подданный, отбыл на историческую родину и занялся тем же — двигал науку и партийничал в дружественной секте. Нормальное такое счастливое детство в Стране Советов — со штанами напряженка, зато полно кружков, спортивных секций, библиотек и приличных школ. Всем этим мой приятель воспользовался в полной мере. К моменту нашего знакомства на первом курсе Университета, который тогда в городе был один и настоящий, паренек закончил спецшколу (в очень хорошем смысле), прыгал за сборную города и страны в легкой атлетике, но по-прежнему имел одни штаны. Все как у всех. На этом мы и сошлись- он прыгал, я играл в шахматы, он был лучшим в группе теоретиков (элита, однако), а я мечтал взять академку и жениться- масса общих интересов! Надо заметить нашу полную аполитичность в то время, это потом пригодится для понимания. 

Время пролетело мухой. Я таки взял академку, женился, перешел на вечернее отделение и пошел работать в институт ... ну назовем его НИИ«Естественной резины». Йорик благополучно с отличием защитил диплом и распределился в тот же НИИ, более того, точно на мое место. Нагрев и отполировав другу теплую сидушку среди цветущего и благоухающего женского коллектива, я к этому моменту  плавно перетек делать бомбы в секретный институт. Изредка мы пересекались за преферансом или бутылкой с закуской, но устремления наши стали разниться, хотя цели оставались схожими.

 Я тщательно обдумывал и где и как заработать денег- жена, сын, кооперативная квартира, купленная родителями, но взносы никто не отменял! Кроме того, меня все время пытались принять в КПСС, чему я тихо, но яростно сопротивлялся. В последний момент, перед 28-летием и выходом из комсомола, пришлось симулировать пищевое отравление и брать больничный, чтобы выскользнуть из сетей. А Йорик напротив, строчил диссертацию и доказывал всем руководящим евреям НИИ, что сам он ни разу не еврей, а имя ему дал папа из дружественной соцстраны. Евреи (а в этом «резиновом» НИИ все начальники были они, т.к. стратегическими секретами и близко не пахло) не верили, говорили, что у всех папа, что думать надо было раньше, особенно маме, а теперь кто же тебя такого в партию возьмет? А без членства в КПСС даже диссертация не была поводом к началу карьеры. Т.е. несмотря на разные методы, денег нам хотелось одинаково сильно. Политизация в этот период присутствовала — я клял коммуняк, за то что они мешают мне жить и загребают в партию, и он клял их за то же- жить мешают, в партию не берут! Много у нас схожих черт, например, оба упертые в своих желаниях. Я сбежал из секретного института и от КПСС в Арктику, надеясь затеряться в белой мгле и заодно заработать. Дружок защитил диссер про резину и таки доказал евреям, что он не такой. Те крякнули и в партию взяли. Ясен пень, что долго не виделись — где полярные станции и где кандидат наук по резине! Далее кусочек жизни Йорика только по его рассказам, я сижу-зимую, не высовываюсь в его жизнь.

Хотя что это за жизнь. Женился, развелся, снова женился (а как иначе, если кругом тетки-тетки-тетки, много теток и всем нравится молодой здоровый перспективный. Он к тому же начитанный, умный и наглый. Мечта химички!) Карьера потихоньку складывалась, денег прибывало, но тут хлоп! и перестройка. Финансировать «Естественную резину» стало некому, кушать хочется! И рванул корешок в приволжский город, где эту самую резину синтезировали. Пришел к Директору и продался с потрохами. Тому как раз отвалили последней крупный денежный транш на реконструкцию, и иностранные инвесторы подтянулись. Йорик взялся бесплатно и качественно любимого руководителя консультировать и провести его через все Сциллы и Харибды переговоров и коммерческих предложений. А взамен попросил немного брака из цехов- только говенную некондицию. Так рождались российские миллионеры. Как хороший ученый, он точно знал, что не всякий брак есть негодный продукт. Предположим, резина не проходила по одному показателю- брак!- а для производства чего попроще очень даже шикарно прокатывала. Вот и поехали вагоны «непроваренной» резины в нужном направлении, а деньги в обратном, но тоже нужном. За довольно короткое время были куплены несколько квартир в любимом городе. Мама покинула козырную 28-ю комнату в любимой коммуналке, сам герой переехал в Сталинку, дочка еще куда-то, а остальное под сдачу и на депозит.

 Очень вовремя, так как красные директора долго не живут, а пришедшим им на смену не нужны хитрожопые Йорики, тырящие их бабло за бесплатно. Кончилась лафа, с голоду не помрешь, но и похвастаться нечем. Стрелка политомера металась как сумасшедшая — Ура свободе слова! Да здравствует демократия! Куда это блядское государство смотрит, почему везде бандитский беспредел? Ура Ельцину, все на баррикады! Верните народу науку и производство, приватизаторов на сук! Чем дальше от сытых диссертанских, а потом вороватых годов, тем больше недовольства и сарказма появлялось в речах моего кореша. Прямо такая еврейская грусть заструилась из глаз, что при встречи даже я засомневался, а не обманул ли он родную партию и нас всех относительно балканского папы. (Потом точно выяснилось, что папа был). 

К этому времени и я развелся-женился (а чего ждать мужику, который по году домой не заглядывает, хотя тоже и начитанный и здоровый и при деньгах), уехал из Арктики, прошел школу бизнеса, набив шишек и получив бесценный опыт. Правда, я вовремя понял, что много денег это не мое, и разборки с налоговой и прочими бандитами — тоже не мое. Снова продал свою голову богатому «дяде», зато взамен получил интересную абсолютно нетривиальную работу. Так в моем подчинении оказалось несколько заводов, НИИ и проектных институтов, часть из них — химических. Остро встал вопрос руководящих кадров, которым можно было доверить непосредственно директорские кресла и собственное благополучие, ибо отвечал за все лично. Зато и не мешал никто. Заводы и институты едва дышали на ладан, поэтому испортить их было невозможно. Но нельзя было воровать- никому!- и очень хотелось запустить производство- как раньше, но еще лучше. Мой-то политомер был двумя руками за Демократию!!!

Так  пришлось мне сходить на очередной юбилей выпуска курса и выловить там Йорика, посулив ему должность директора завода и родственного НИИ. Снова, как в студенческие годы стали видеться почти ежедневно, снова поражался нашей схожести в мелочах. Один рост, одинаковые очки, те же книжки на прочтении, даже несессеры  одинаковые, что выяснилось в командировке и даже жены рыжие. На радостях мы пару раз съездили в отпуск с семьями, но не слишком удачно. Дьявол кроется в мелочах, а люди познаются на отдыхе. Воспоминания о тяжелом детстве сделало Йорика изрядным крохобором, а долгое пребывание в теплом женском коллективе придало ему характерные черты восточного бабая. На работе прорезались другие возрастные особенности- страсть к совещаниям. Так я и не понял, зачем собирать начальников цехов в кучу, отрывая их от дел, если проще самому сходить по всем производствам и на месте познакомиться с проблемами или их отсутствием. Бывают, конечно, общие раздолбоны или освещение генеральной линии, но то ведь раз в год, а не раз в неделю. Разный жизненный опыт диктовал каждому из нас свой стиль руководства и отношения с людьми. Поскольку у меня таких йориков к тому времени набралось с десяток, и все со своими тараканами, то перевербовывать всех в свою веру не собирался. Но выводы делал- приятель до Директора не дотянул, а остался замом по науке. Работа не пыльная, денежная, мечта пенсионера.

 Ан нет, не все пенсионеры довольны! Мой вот ударился в диссидентство. Я не даром везде про политомер писал, меня именно это в тупик ставит. На этот раз у Йорика зашкалило не по детски. Он сейчас с содроганием вспоминает ненавистный СССР, где ему евреи мешали вступить в партию Ленина-Сталина, проклинает времена перестройки, когда бандиты перекрыли ему кран левых поставок «резины», брызжет слюной по поводу нынешних властей, которые на основе партийной номенклатуры и бандитского истеблишмента создали невыносимый для народной интеллигенции режим. Смотрю на этого прошлого бесштанного прыгуна из коммуналки, ставшего долларовым миллионером, и думаю: «Что же мы за народ такой беспокойный, вечно несчастный и обделенный? Это все гадское влияние либерастических авторов типа Достоевского Ф.М. (да простит меня мой любимый писатель) и Толстого Л.Н., научивших ковыряться в себе и стремиться к несуществующим идеалам? Или наследство от иноземного папы-коммуниста? Или старческий маразм?» 

Как был Йорик бедным, таким и остался. В СэСэСэре его не особо жалели за малообеспеченный образ жизни- все были такие. И сейчас его страдания не находят отклика в моем сердце- не в коня корм, называется.

А завод мы восстановили, и НИИ к жизни вернули. И весит при входе тщательно отреставрированная доска о вручении нашему объединению ордена  Трудового Красного Знамени (еще тогда), а у людей есть зарплаты и полисы ДМС (сегодня). И, кстати, у наша продукция летает в космос и плавает под толщей вод, а еще она почти в каждой бутылке пива и колы. И не понять мне убогому, чем мы все Йорику не угодили?

 

promo otrageniya april 14, 2019 06:25 69
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded