Папина математика.

Отношения с отцом у меня были непростые. Скорее я был маменькиным сыночком, и потому папа не проникся ко мне глубинной заинтересованностью. Как-то его счастливое детство плохо коррелировалось и со взрослым настоящим и с моим образом жизни. Общий язык находили с трудом, но папа честно пытался хоть как-то подготовить меня к жизни. Мастерить поджиги, курить с малолетства, драться улица на улицу? Не, не рискнул мне передавать опыт. А чему еще мог научить? Собирать  и разбирать любой двигатель, водить все что может перемещаться в пространстве?

 В нашей 12-метровой комнате в ленинградской коммуналке самоходных экипажей не наблюдалось. А мечта о велосипеде преследовала меня до 35 лет, аж зубы скрипели от вожделения, но я был умный мальчик, все понимал. Оставались книги, которые я читал лет с четырех без помощи взрослых. Так и жили- я понимая свою никчемность в глазах отца, он мучаясь от раздвоения воспитания- как умел и хотел, так оказалось вредно и нельзя, а так как надо и можно — неинтересно и скучно. Ему вообще было чужевато в тесноте большого города. Но в конце концов он нашел достойную нишу, которая была и полезна для моего будущего, и респектабельна в обществе, и тешила его профессиональные навыки. Начал он с немецкого языка. С пяти лет меня терроризировали всякой хренью на вражеском наречии. Сказки, книжки-раскраски и те на дойче шпрахе. И так до четвертого класса, когда началось преподавание этого горячо нелюбимого предмета в рамках школьной программы. Никогда больше с тех пор я не брал в руки никаких учебников по языку. Закончил школу, потом Университет. Ни разу не пригодились мне эти напрасные знания, ни разу не пришлось блеснуть  «академическими» познаниями. В 32 года, уже в Арктике, я попал в качестве «охотника-аборигена»  на ходовые испытания нового ледокола. Задача была охоронить от белых медведей германских специалистов. Десяток немцев маялся на пароходе уже больше недели, с тех пор как стартовали из Мурманска. И никто не говорил по-русски, а наши соответственно могли предложить в качестве второго языка только матерный. Как они собирались проводить испытания даже не представить. Когда я вывалился из вертолета на палубу (прямо кадр из «Полосатого рейса», только вместо хлыста карабин, а вместо лосин ватные штаны) все дружно грустили от тотального недопонимания. Прожил я неделю как король. Пылинки с меня сдували, пивом баночным поили, кофе почти в койку заносили и еще справно платили марками. А как иначе? Карабин, по немецки «мало-мало понимай»! Спасибо, папа! 

Но настоящие деньги я начал зарабатывать после уроков математики. Есть такое понятие- решение задач с неполными данными. В таких случаях надо недостающие исходники где-то раздобыть. Не выбить из языка, не выкрасть из штаба, а попытаться сообразить из ранее полученного опыта или здравого смысла и т.д. Есть еще вариант- дается избыточное количество данных, что запутывает не по-детски. Сразу вспоминается шутка беспартийного Кренкеля, подбросившего Папанину лишнюю запчасть к маузеру. Доблестный начальник СП-1 чуть не рехнулся, когда у него все время оставался излишек после сборки оружия. Вот папаня меня на эти задачки и натаскивал. Бывало выходим мы на Дворцовую площадь, а извольте-ка сударь-первоклассник рассчитать поместится ли на сей площадке все население Ленинграда? Вот город, вот площадь- считай не хочу! И тут же (это уже по Невскому чешем в сторону дома)- какого размера должен быть бассейн, чтобы в него поместилась вся кровь, собранных на Дворцовой жителей родного города? Жуть и садизм, трэш! Но после Арктики в 92 году я ушел сначала переводчиком в совместное немецко-финско-российское предприятие по заготовке леса, а потом много лет рулил бизнес-проектами в большой конторе. И начинал там исключительно с решения «папиных» задач. Любой незнакомый бизнес мог просчитать с точностью «плюс минус» 15% за полдня. Это оказалось очень важно на первом этапе, когда предложений поступало каждый день пачками. Да и позже, когда приходилось анализировать, контролировать, внедрять самые разные процессы на производстве и в научных исследованиях папины уроки выручали всегда. Сейчас даже вспоминать смешно этих городских сумасшедших, которых приходилось сортировать и фильтровать. Утром мужик предлагает заставить все каналы и речки Питера баржами (а-ля Амстердам) и разместить там отели и универмаги, за ним заходит казах и выкладывает план завода по производству зеркальных стекол для небоскребов, тут же доцент предлагает научить сваривать гребные валы танкеров, причем желательно в Юго-Восточной Азии. А вот принесли отчет конторы по импорту фруктов (у нас там доля), в которой упала прибыль в два раза? Почему? И так каждый день! Примерно два процента от этого внедряется, а значит надо запускать процесс, а день не резиновый. Но жизнь вертится, и ты вертишься. И такой кайф от того, что колесики крутятся, что завод начинает продукцию выдавать, а НИИ внедряет свои идеи в живое дело, и летят в космос наши пленочки, а пасты наоборот, плывут в океане. И даже в каждой бутылке пива или Пепси есть наш граммчик. 

Вот так! А я плакал все детство от этих уроков. Ходил бы сейчас без них дурак дураком. Отыгрался на папе только после его выхода на пенсию, приговаривая каждый раз при встрече: «Ты меня детства лишил- я тебя старости лишу!». 

Нет уже ни папы, ни мамы, прожили по  87 лет, вместе- 65. Теперь таких не делают и мне их очень не хватает.

promo otrageniya апрель 14, 06:25 62
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.