"ОБЕЗЬЯНКИ" - клуб Сергея Воронина (Сергей Воронин) wrote in otrageniya,
"ОБЕЗЬЯНКИ" - клуб Сергея Воронина
Сергей Воронин
otrageniya

Categories:

Столица российских масонов, или тайная битва архитекторов (часть 13)




  До поры до времени масоны не могли проявлять себя совершенно открыто - это было абсолютно не в их правилах. Они привыкли к вынужденной многовековой конспирации и были непревзойденными виртуозами в этом деле! Принять в свои ряды Федора Ливчака они не могли, так как он не был дворянином или хотя бы выходцем из знатного и богатого купеческого рода - он был сам по себе.Просто талант из народа. А "просто талант" у масонов не приветствуется. Они предпочитают иметь дело с потомственными аристократами. Потому что в среде аристократов царит корпоративный дух! Они свято чтут вековые традиции предков! Они не могут никого из своих предать, так как за это будут навсегда исторгнуты из своей привычной среды и превратятся в нищих презираемых изгоев! Таким образом аристократизм - это в своем роде вечное проклятие! Хоть и сладкое... Это - отсутствие свободы мысли. Это необходимость вращаться в кругу только тех людей, которых, может быть, ненавидишь с детства! И которые точно так же относятся и к тебе. И тем не менее навсегда исчезнуть с глаз друг друга не могут! Иначе их монолитный строй рассыпется, и  скрытые до поры до времени конкуренты и откровенные враги растопчут их поодиночке тут же! И поэтому аристократы стоят, крепко сцепившись руками, и улыбаются друг другу полированными жемчужными зубами! А сквозь эти сплошь фальшивые искусственные зубы почти вслух шлют друг другу страшные проклятия и пожелания соседу скорейшей и самой намучительной смерти!..

  А человек из народа не боится ничего и никого - он вышел "из грязи в князи", у него есть профессия, она его кормит, она-то и сделала его богатым и знаменитым, и поэтому он не боится ни бога, ни черта! А уж на аристократический строй напыщенных потомственных "бояр"-бездельников, получивших свои миллионы просто так, по наследству, ему тем более глубоко наплевать! Он этих показушников считает пустыми снобами, случайными кочками на ровном месте, баловнями судьбы и зачастую за это их просто в упор не видит и даже люто презирает! Именно поэтому в масонскую среду Федора затянуть было невозможно. В ней не было того крючка, на который его можно было поймать и которым крепко потом удерживать. И в таком случае оставался другой и единственный способ - интриговать против Федора, максимально запутать его в паутине лжи и клеветы. Безнадежно опорочит его в чужих глазах. Убить талант - в переносном да и в прямом смысле слова. И этот план действий - самый верный и самый надежный. Он еще никогда и никого из "пауков"-интриганов не подводил. Но претворяется в жизнь этот подлый план очень и очень постепенно. Годами. Если не десятилетиями...

Впрочем, чтобы убить презираемого тобою талантливого человека, не жалко потратить и десятилетия!

Именно поэтому для начала масоны попытались внести в архитектуру Федора ту самую "э тру дэ вэр" - свою знаменитую "червоточину". А для этого нужно было убедить Федора якобы в необходимости поддерживать общий архитектурный лик Семиборска, который выработался веками, а именно: соблюдать первейшие традиционные композиционные моменты. А первейшими были те самые характерные, с тайным смыслом, масонские элементы на фасаде, о которых было поведано выше. И с целью "вербовки" масоны вдруг пригласили Федора в знаменитый дом на Каменщиковой-Покровской, который назывался в народе "череп" и имел крайне дурную славу...

А дело обстояло так... Примерно ровно посередине эта самая улица Покровская пересекалась небольшой улицей Сенгилеевской, названной так в честь лежащей неподалеку прибрежной деревушки Сенгилей. А та в свою очередь была названа так в честь легендарного золотоордынского хана Сенгилая. Вот на этом-то перекрестке на северной стороне, то есть на улице Каменщиков, задолго до Шодэ был построен огромнейший для тех времен трехэтажный дом ,который получил в народе прочное прозвище "череп". Среди простонародья упорно ходили слухи, что в том доме в большом черном ящике прячут страшный черный череп, который в каждую полночь вдруг оживает, у него появляются ноги и руки, в пустых ямах глазниц начинают сверкать холодные, сделанные из куска льда огромные глаза! Что он начинает щелкать противными черными острыми, как бритва, зубами! Что он выходит на темную улицу, хватает там первых попавшихся прохожих, рыча, как медведь, разрывает их на куски и мгновенно съедает! А потом, блаженно мурлыча, убегает в свою берлогу, в дом-"череп", и опять прячется там в своей коробке-гробу до следующей ночи!.. И так длится будто бы годами! И даже десятилетиями! Конечно же, это были пустые чисто простонародные сказки. Но, как и во всякой сказке, в ее первооснове лежала какая-то реальная тайна... А дурная слава вокруг дома была порождена отнюдь не на пустом месте. Дело в том, что в соседних небогатых мещанских домах, до недавнего знаменитого пожара стоявших напротив "черепа", с завидной регулярностью люди вешались, спивались, убивали жен, травили мужей, умирали в молодых летах от неизвестных причин или просто коллективно сходили с ума!.. В общем это место считалось прОклятым, и домишки, стоявшие прямо напротив "черепа", годами оставались без жильцов - после смерти прежних хозяев никто не осмеливался в них поселиться. Потом, с течением времени, дурное прошлое постепенно забывалось, считалось бабьими сплетнями, дурным сном... Домишки покупали новые несчастные, которые обычно переселялись сюда из какой-нибудь дальней деревни и не знали всей подноготной о своем новом жилище, и вскоре погибали и они... И так продолжалось многое множество раз...

Федор Ливчак, конечно же, ни в какие глупые народные байки не верил, но тем не менее неоднократно и очень внимательно осматривал этот странный дом снаружи, пытаясь разгадать тайну его прозвища. Пытался - но так ничего особенного, никакой-такой хоть мало-мальски значимой зацепки не находил. Он думал: "Может, его прозвали так в честь первого хозяина, который был лысым, как голый череп? Или в честь родовой фамилии его хозяев?" Тогда Федор сделал запрос в городской архив, и ему вскоре ответили, что "примечательный дом сей уже чуть более 230 лет находится в собственности одной и той же семьи потомственных бывших бояр,а ныне князей по фамилии Чубсекир". "Странная фамилия..." - задумался тогда Федор и начал рыться в библиотечных филологических справочниках. И нашел, что фамилия Чубсекир происходит от одного из польских диалектов, на котором оно означало "особый летучий и неуловимый отряд польских гусар, которые своими внезапными кавалерийскими наскоками наводили страх на малоросских казаков и в бою саблями своими отрубали тем головы, подвешивали их гроздями за чубы к своим седлам и возвращались обратно к своим в таком веселом виде, словно они везли с ярмарки желтые спелые дыни, а не страшные окровавленные головы мертвецов..." И тогда этимология этой, с первого взгляда, слишком сложной фамилии стала ясна Федору сразу: "секир" - это общеславянское слово, происходящее от словосочетания "секир-башка". Но только поляки в древности татарское слово "башка" поменяли на "чуб". И таким образом получалось, что род Чубсекиров ведет свое происхождение от польских убийц свободолюбивых и таких бесшабашных запорожских казаков.



"Ну и что из того? - размышлял Федор.- Мало ли бывших врагов России, особенно татарских, одумавшись, перешли на службу русскому царю и потом сделали себе выдающуюся карьеру, стали полководцами в русском войске или видными царедворцами. Получили от царей в награду огромные поместья и сегодня уже ничто в облике их пра-пра-правнуков не напоминает о прежних преступлениях их предков. К таковым фамилиям относятся и нынешние Юсуповы, и Ахметовы, и Ахматовы, и Касимовы, и Карамзины, и Тургеневы, и множество других - всех и не упомнишь. И Чубсекиры в их ряду. Однако же есть в прошлом этой странной обрусевшей фамилии какая-то мистическая тайна..." Это подсказывало Федору его сердце... Он рассчитывал найти разгадку сей тайны, когда войдет вовнутрь этого дома. Но повода нанести визит его хозяевам всё никак не появлялось. И вот теперь Чубсекиры вдруг сами прислали ему письменное приглашение "принять участие в традиционном их семейном машкераде в старинном духе, который имеет место быть в ближайшие выходные". Он и раньше получал много подобных приглашений от различных местных помещиков, но не ко всем из-за постоянной занятости наносил визиты. А вот не откликнуться на этот красиво раскрашенный глянцевый пригласительный билет Федор уже никак не мог...

Он и понятия тогда не имел и даже помыслить не мог, что глава дома этих самых Чубсекиров ,а именно 74-летний старик ,кавалер множества российских орденов и прочих французских и польских наград его сиятельство князь Прокопий Евстигнеевич Чубсекир является тайным руководителем семиборской и тем самым всей восточноевропейской масонской ложи!..

С первых же минут своего прихода на грандиозный чубсекирский "машкерад" Федор оказался под плотным попечительством не кого иного как самогО прославленного Августа Августовича Шодэ! Тот встретил Федора с распростертыми объятиями как своего старого знакомого и даже якобы лучшего друга!

- А ведь мы с вами, Федор Осипович, как-никак все-таки коллеги. Соратники, так сказать, по провинциальному российскому зодческому творчеству. Так что нам с вами сам бог велел дружить. Иначе в этой глухомани мы совсем опустимся и сопьемся. А так мы с вами будем обмениваться своими планами, идеями ,критиковать и тем самым улучшать проекты друг друга. Так что будемте дружить, Федор Осипович!Ну так как? Согласны? - именно такими словами он встретил Федора буквально при первых же его шагах по чубсекирскому полу.

- Ну а почему бы и нет,- ответил ему Федор.- Я не имею ничего супротив. Действительно - а давайте будемте друзьями!

- Ну вот и прекрасно! - искренне радостно воскликнул Шодэ и протянул ему руку.

Федор пожал ее в ответ и ради такого случая они выпили по бокалу шампанского. После этого Шодэ доверительно взял Федора под локоть и предложил показать чубсекирский дом, в перестройке которого он несколько лет назад принял самое активное участие. Федор с удовольствием принял сие предложение, и они в течение чуть ли не целого часа обходили все три этажа этого огромного здания, в течение которого Шодэ беспрестанно и очень подробно описывал все особенности старинной постройки, рассказывал про пилястры, стропила, дранку на потолке из какой-то особо смолистой древесины, привезенной чуть ли не с востока, аж из самОй Месопотамии.

- А, как известно,- сообщал Шодэ,- именно там, в Месопотамии, когда-то произрастал тот самый мифический сад, который был потом описан в Святом писании как райский Эдем. Таким образом получилось, что жители сего дома, вся фамилия князя Чубсекира проживает теперь как бы под райскими кущами! Что весьма и весьма знаменательно! Ведь правда? - спрашивал он Федора.

- Истинно так! - охотно и весело соглашался тот.

Далее Шодэ откровенно и бесхитростно раскрывал секрет специфического состава штукатурки, которой была потом покрыта эта самая месопотамская дранка. Что в нее в качестве особо связующей основы была положена искрошенная в мел крошка знаменитого каррарского мрамора, из которого великий Микеланджело когда-то изваял своего неповторимого Давида! И так далее. Его рассказ был бесконечен и действительно очень поучителен для такого практика, как Федор. Таким незаметным образом Шодэ постепенно подвел Федора к тому самому месту, ради обозрения которого он, Федор, собственно, и был сюда намеренно приглашен. Это была небольшая, но очень уютная зала почти под крышей дома, все стены которой были обложены белыми мраморными плитами с высоты примерно начиная от колена. Ниже колена и до самого  пола плиты были из очень темного гранита. А сам пол весь был из не известного Федору совершенно черного до блеска отполированного камня, который казался стеклянным и имел внутри себя сизоватые прожилки, придававшие этому полу как бы внутреннее волшебное свечение. Это было очень фантазийно и изумительно! Федор невольно залюбовался магическим светом, исходящим у него из-под ног. А Шодэ тем временем указал ему рукой вверх - там, под черным потолком мертвым, как слой земли над похороненным гробом, висело несколько огромных хрустальных люстр, завешенных, как на похоронах, черным крепом, а вдоль стен было множество, десятка три, небольших портретов сановников в роскошных позолоченных рамах. И хотя под портретами не было никаких подписей, Федор сразу же узнал в них и облик важного до самовлюбленности семиборского Генерал-губернатора, и трех его заместителей, и краснолицего явно больного сердцем и страдающего многокровием Председателя губернской судебной палаты, и тощего с желтой кожей едва живого Губернского главного прокурора, и генерала от жандармерии надутого, как гусь, и Главного сыскного следователя всего Поволжского края, и еще многих и многих других. В общем здесь присутствовало всё губернское руководство почти в полном его составе! Все выдающиеся чиновники местного всегубернского масштаба были изображены при полном параде во всех своих регалиях. И Федор наметанным глазом своим не смог не отметить, что у всех у них, как под копирку, шею плотно обхватывала небольшая и довольно широкая черная блестящая, видимо, из шелка или муара ленточка... Какой-нибудь любитель и полный профан в живописи пропустил бы эту деталь как совершенно незначительную - но только не зодчий, который привык придираться к каждой якобы мелочи в барельефах и горельефах на фасадах своих домов. Который до этого проштудировал сотни художественных книг с тысячами в них рисунков и создавал на их основе собственные, только им рожденные узоры и затейливые виньетки. От этих черных ленточек на шеях людей так и веяло смертью!.. Создавалось жуткое впечатление, что эти головы были сначала отрезаны от тел своих, а потом приставлены к телам обратно - вполне возможно, и не к своим собственным, а к кому попало... как придется... И оттого тела и головы эти существовали как бы сами по себе... каждое - отдельно... Мнилось, что тела были мертвыми... И что головы даже не принадлежали телам - что тела противоречили своим новым хозяевам... И вот всё это под черным блестящим потолком было уже до посинения и до ледяного холода жутко!..



Федор продолжал долго стоять, завороженно смотреть и не понимать, что Шодэ привел его в святая святых их масонской Восточно-европейской Ложи - в Залу Посвящения и Познания Истины!

И тут Федору кто-то положил руку на плечо... В зале царил полумрак, окна были занавешены тяжеленными черными шторами, только кое-где в углах горели несколько подсвечников... Федор от неожиданности отпрянул! Оглянулся. И вгляделся в лицо и фигуру старичка, так его напугавшего. Это был не кто иной как сам хозяин этого дома Великий Магистр Восточно-европейской Ложи Прокопий Евстигнеевич Чубсекир собственной персоной!

- Вас заинтересовали эти портреты? - тихим низким и очень уж проникновенным голосом спросил он Федора.

- Да-а...- заунывно выдохнул тот из себя только одно слово...

- Ну и каково впечатление? - поинтересовался старик.
- Ужасно!..Страшно!.. Вопреки природе и сути человеческой...- честно ответил Федор.

Он хотел сказать что-то вроде "занятно... необычно... странная сугубо авторская,неповторимая концепция..." и прочую ерунду, которую несут все искусствоведы, когда им уже просто нечего сказать... Но язык в этой зале с черным полом, черными шторами, с черными люстрами и черным потолком, как на похоронах, сам собой произнес только то,ч то было на уме:

- Жутко... Страшно!.. Как в роскошной могиле...- повторил Федор.

Странно, но Чубсекир вовсе не обиделся, а наоборот - явно остался очень довольным его ответом!

- А что вас устрашило более всего? - спросил он.

- Всё! И потолок. И пол. И головы - как-будто отрезанные!.. Зачем?..

- Что - зачем? - в ответ спросил старик.

- Зачем их - так?.. безжалостно... Они же еще живые...

- Кого - их? - продолжал допытываться старик.

- Их - всех! Всё наше губернское руководство...

- А вы их сразу узнали?

- Конечно! Как их не узнать! Зачем же?!..

- Ну-у... как сказать... Уж такова наша многовековая традиция... И не нам ее менять...

- Чья традиция? - не понимал Федор.

- Ну-у... Не будем уточнять... Наша... И всё тут!

  И Федор заметил, что старик и Шодэ якобы незаметно для него переглянулись...

- Они - что? Приговорены к смерти? Это - магический обряд?- никак не унимался Федор.

В любом другом месте он уже давно бы прекратил всякие расспросы, потому что положил себе за строжайшее правило: никогда никого ни о чем не расспрашивать - особенно тех, кто превыше тебя! Пока они сами тебе не предложат это услышать и узнать. Узнать положенную тебе долю ИСТИНЫ - и не более того! Иначе за расспросы и желание услышать для тебя лишнее может последовать твоя же скорая и неизбежная смерть! Он как еврей усвоил это правило стихийно, неосознанно, навеянное ему всем предшествующим и страшным опытом тысяч поколений его предшественников... Но тут эта траурная зала словно вывернула весь его мозг из себя внутренностями наружу, и Федор сам не понимал, ЧТО он сейчас делает и что именно говорит...

Великий Магистр чуть заметно на эти многочисленные и необдуманные вопросы лишь снисходительно улыбнулся и странно ответил:

- Нет. Они САМИ СЕБЯ к этому приговорили...

- К чему - ЭТОМУ? - не понял Федор.

Но магистр не стал отвечать далее, а лишь подвел его к небольшому черному лакированному столику в центре залы, на котором под тяжелым огромным, как простыня, и опять же черным с выпуклыми узорами ,как на одеяниях какого-нибудь епископа, платом было спрятано что-то загадочное, полукруглое...

- А еще у нас есть вот ЧТО...- вкрадчиво сказал Великий Магистр и вдруг одним неожиданно резким движением сдернул с предмета этот плат!

Перед Федором стоял черный блестящий из неизвестного материала череп... который прямо-таки улыбался ему всеми прекрасными своими черными спелыми зубами! В глазницах у черепа сияли огромные красные рубины!

Федор долго смотрел на это жуткое творение завороженно и почему-то не мог оторвать от него глаз!

- Ну... Теперь вы, сударь, понимаете,ПОЧЕМУ этот дом получил в простонародье прозвание "череп"? - спросил его Великий Магистр.

- Неужели ТОЛЬКО за это?.. - не понял Федор.

- Не совсем... За ЭТО - только в частности... Но и ЭТО - очень не маловажно...- все так же загадочно отвечал Магистр.- Я бы сказал: очень и очень не маловажно!!! Так что - ДУМАЙТЕ... Размышляйте... Сопоставляйте свои предыдущие отрывочные полузнания с нынешними - только что от меня полученными... И делайте выводы... Делайте!..- почти пригрозил он по-прежнему как бы обволакивающим, но теперь уже твердым, и даже вдруг резко посуровевшим голосом!

Федор по наивности своей не знал, да и не мог знать, как всякий не посвященнй в масонские тайны человек, что сейчас ему позволили увидеть основной  магический предмет, необходимый для посвящения кандидатов в действительные масоны! Он понятия не имел, что этот блестящий как будто лакированный череп видят только ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЧЛЕНЫ масонской Ложи. Что даже кандидаты в реальные члены Ложи пока знать не знают, а только где-то от кого-то туманными намеками слышали о существовании вот этого загадочного черного черепа... И они могут его впервые увидеть только в момент обряда принятияих в реальные масоны.

Этот торжественный обряд посвящения очень сложен, долог и переполнен всякими символическими словами, жестами, восклицаниями, пафосным воздеванием рук, приложением ко лбу и сердцу обнаженной сабли и многократным повторением всяческих молитв - словно на какой-нибудь мессе в католическом соборе на латинском языке... Всего и не перечислишь. Но самыми главными в этом магическом сеансе являются два момента - это положение кандидата в действительные члены Ложи в черный гроб, накрытие его крышкой гроба и даже символическое стучание молотками по ней, словно тем самым заколачивают гвозди... И - чтобы в руках у посвящаемого в это время находился тот самый блестящий черный череп! И знаменует этот обряд как бы смерть человека и его похороны!.. И даже гниение его внешней плоти до состояния голых костей! И тем самым "потом восстает человек сей из гробех своих уже целиком перерожденным от материнской плоти своей богом ему первоначально даденной". Сотворенным на этот свет теперь заново! Но - уже иным, абсолютно новым человеком. МАСОНОМ!

Никаким другим людям со стороны череп и "черную" залу не показывают вообще. Никому и никогда! И то, что Великий Магистр вдруг САМОЛИЧНО решил приоткрыть перед Федором завесу тайны сей великой и преужасной, знаменовало то, что старик Чубсекир придавал этой их нынешней беседе чрезвычайно важное и неповторимое значение! И, если Федор - человек не глупый, а он глупцом, конечно, же ни в коей мере не являлся, то он должен был оценить и хорошенько обдумать все детали этой встречи. И в конечном итоге понять, что за разглашение тайны обо всем сегодня увиденном, он будет вскорости безусловно уничтожен! А не принятие им предложения Великого Магистра о какой-то сделке, про которую тот пока лишь тонко намекал, тоже означало только одно - неминуемую Федорову смерть!

- Ну всё! На сегодня впечатлений пока достаточно! - вдруг заключил Великий Магистр и вновь покрыл череп его прежним черным платом.- Ну-с... А теперь пройдемте-с, глубокоуважаемый сударь вы наш пресветлый зодчий Феодор Осипов-сын, на наш другой - теперь уже веселый машкерад: выпьем-с... потанцуем-с... Ну, и заодно обсудим проблемы наши насущные... Прошу-с...

Он взял Федора под руку и повел из-под крыши вниз, на первый этаж - к народу, к музыке и смеху гостей. Шодэ шел за ними следом и лишь иногда вставлял нужное слово по мере необходимости.

Обсуждение "проблем насущных" свелось к тому, что чрезвычайно галантный, вежливый и улыбчивый старик Чубсекир предложил Федору то самое, что ему, Федору, уже предлагали всевозможные местные высокопоставленные чиновники ранее - "соблюдать вековечную городскую традицию Семиборска, не портить древний характерный лик города сего славного и особенно его важнейшую -  Каменщикову - улицу ненужными модернистскими нововведениями в духе глупейшей нигилистической придуманной московскими студентами базаровщины и купеческой пьяной ухарской провинциальной лихости и удали"!

- О чем это вы? - поначалу не понял его Федор.

- Да все о том же - об общем для всех семиборских домов стиле фасадного украшения и композиционирования,- витиевато отвечал старик.- А конкретно: о знаках львиной головы с крыльями, о рустах, о готических окнах, можно и в единственом их числе - в виде остроконечного щита, о трилистнике или лилии и о всём прочем, прочем и прочем... Да вы же и сам всё прекрасно знаете и понимаете. Мы же видели, сколь часто и преднамеренно вы проходили мимо домов наших по сей улице и внимательно изучали каждое на ней строение, каждый лицевой фасад, каждую на нем мелочь! Рассматривали и зарисовывали себе в свой записной художнический альбом - на память. Так что вы всё давно уже прекрасно анатомировали и знаете гораздо как лучше меня, грешного. Ведь я, по стариковской плохой памяти своей, уже многое намертво обронил из головы... А глаза мои, помутневшие за почти - без малого - сто лет пристального на сей грешный и скорбный мир созерцания, не узревают многих важнейших и таинственных деталей, кои прекрасно различимы и доступны вам, чудесному зрению вашему, молодой вы наш семиборский, а в будущем, возможно, и всероссийский, а то и всемирный гений! Ведь вам для всемирного прославления вашего нужна всего лишь такая незначительная и глупейшая мелочь - ДЕНЬГИ. Так ведь?

- Ну... Почти так!- согласился с ним Федор.
- Не "почти", а именно ТАК!- вдруг жестким, железным голосом произнес Великий Магистр, словно рубанул мечом по камню! А потом, помолчав немного, опять мягким отеческим голосом продолжил,- Боже ж ты мой! Ну какая, право, сущая ерунда - всего лишь деньги... бумажки... Тьфу! Ничто! Ну так они у вас будут! Будут!!! И, уверяю вас, в немереном количестве! Таком огромном, что вы себе и представить не можете по молодости своей! Всё вам дадим! ВСЁ!!! В любой точке мира - где только сами ее нам укажете! И немедленно! В сию же секунду - если, конечно, они пойдут на пользу ДЕЛА НАШЕГО... Но, сами понимаете, естественно ,при соблюдении наших маленьких и таких почти никому вокруг не заметных требований. Нашего, так сказать, семиборского фирменного знака - какого, я вам уже рассказал. Ну, как? По рукам? -и он протянул Федору руку.

- Предложение столь заманчивое, что мне необходимо хорошо и очень крепко подумать...- уклончиво ответил Федор и не протянул ему руки...

- Думать - это просто прекрасно!- почти обрадовался, но очень фальшиво улыбнулся старик и тут же быстро убрал руку за спину...- Думать - это великолепно! Это - так необходимо! Нынешние молодые очень неохотно слушают теперь нас - таких несчастных глупых больных одиноких стариков... О-хо-хох... А еще неохотнее думают над нашими словами... И это очень-очень печально... И трагично... для молодых же... И для их семей... Для матерей их и отцов... А также жен и детей этих несчастных... глупых... самовольных... слишком самоуверенных... потерявших всякий здравый смысл и страх... таких непокорных и гадких ослушников... Ой! КАК они потом об этом жалеют!.. Локти потом кусают!.. Ой-ёй-ёй!.. Да поздно... Очень! Крайне потом уже для них поздно!.. Так что думайте, молодой вы наш гений! Размышляйте... Анализируйте... Делайте выводы... - продолжал Чубсекир обволакивать Федора своими словесами-паутиной.- И смотрите! Не сделайте ошибки! ТАКИЕ предложения о совместном творчестве, как сегодня, делаются раз в жизни! И очень-очень ограниченному количеству человек! И отказ от содружеского жития-бытия потом ведет к уже необратимым для отказника последствиям! Впрочем уже слишком поздним и совершенно уже бесполезным... Отчего неокрепшие молодые гении потом даже сходят с ума!.. И даже, конечно, не дай того Бог, налагают на себя руки... И всё это - от полной безысходности... От осознания воспоследующей полной бесполезности всей своей так рано загубленной жизни... О-хо-хох... Так что размышляйте, зодчий! Осмысливайте... И знайте - времени у вас крайне мало!!!

И Чубсекир вдруг так злобно и жестоко посмотрел Федору в глаза - словно воткнул ему в них раскаленные два гвоздя!

- Да...- тихо добавил сзади Шодэ.- Размышляйте, коллега... Размышляйе...

После этого Чубсекир еле заметным кивком головы приказал слугам. Те мгновенно окружили его, словно короля свитой, и Великий Магистр, несмотря на свой более чем преклонный возраст, вдруг властным решительным и молодым шагом проследовал к торцовому основанию сей торжественной бальной залы. Там слуги отодвинули перед ним огромные - во всю стену и от пола до потолка - золотые переливающиеся искрами и серебряными парчовыми звездами декоративные завеси, и за ними вдруг открылась опять абсолютно черная отделанная бархатом стена, а перед ней стояла золотая как бы пирамида, состоящая из семи ступеней. Чубсекир степенно поднялся на самый верх этой пирамиды, повернулся лицом к приглашенным и медленно-властно поднял правую руку!

Тут же наступила гробовая тишина! Все, словно в церкви в минуту звучания основной молитвы, низко опустили свои головы и покорно так застыли... А Чубсекир немного опустил руку, направил ее в сторону собравшихся, обвел их ею, словно накрывал их всех своей ладонью, и низким своим голосом произнес:

- О несчастные и тем самым счастливые своим несчастьем... О слепые, но не осознающие своего полного слепства и потому в своей слепоте принимающие свои черные видения за истинное яркое прозрение... О глухие, но не осознающие своей непроницаемой глухоты и потому принимающие абсолютную тишину за прекрасную музыку ангелов... О не знающие ,что ничего не знаете и потому гордые своим абсолютным не осознаваемым пустоумием... О не понимающие, что ничего не понимаете и потому гордящиеся своим жалким невнятным лепетом... Да одумайтесь! Да восчастливьтесь! Да воззритесь! Да восслышьте! Да воспоймите же наконец! Да станьте наконец не ведОмым пастырем жалким овечьим стадом, а - ЧЕЛОВЕКАМИ! Да будет же так, как я сказал и как вы мне сейчас полностью подчинились! Все - очи долу!

После этих слов все мужчины, присутствовавшие в зале, покорно и абсолютно рабски встали на колени, а женщины ,шурша своими тяжелыми платьями, склонились в глубоком и тоже непререкаемом рабском поклоне...
Tags: !История, !Расследования, sergey voronin, Альтернативная история, Загадки истории, Семиборские масоны
Subscribe
promo otrageniya апрель 14, 06:25 62
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment