"ОБЕЗЬЯНКИ" - клуб Сергея Воронина (Сергей Воронин) wrote in otrageniya,
"ОБЕЗЬЯНКИ" - клуб Сергея Воронина
Сергей Воронин
otrageniya

Столица российских масонов, или тайная битва архитекторов (часть 11)



 Однако вернемся к временам более поздним - к концу 19-го века. К периоду, нам более близкому и поэтому, казалось бы, куда более понятному. Но на самом-то деле, не менее туманному и загадочному, чем седая и самая темная таинственная древность...

 Итак, пройдясь по весьма не длинной Покровской улице несколько раз туда и обратно, Федор Ливчак не мог не усмотреть еще одной необычной особенности этой местной знаменитости, а именно: все произведения семиборского зодчего Шодэ стояли строго только по северной стороне улицы. Впрочем не заметить этого было просто невозможно - абсолютно все дома масонов были каменные, дворянские и потому в недавнем страшном пожаре все до одного уцелели. А вот южная сторона Покровской была сплошь деревянной, населенной всякой мелко-мещанской небогатой городской челядью, потому-то все дома при тогдашней установившейся засухе и неистовом ветре с Волги вспыхнули, как спичка! Почти одновременно. И сгорели в каких-то полтора-два часа! И теперь эта сторона улицы представляла собой лишь черные печальные развалины и головешки. Пахнущее гарью сплошное страшное пепелище, ходить по которому было крайне опасно, потому что под исчезнувшими домами остались ямы бывших погребов, эти ямы не были ничем теперь обозначены и в них можно было запросто провалиться и переломать себе и руки-ноги, и шею... И тем не менее по этому углю и пеплу ходили теперь десятки людей-бывших хозяев, которые разыскивали в развалинах хоть что-нибудь металлическое - чугуны, сковородки, лопаты, грабли и прочий рабочий инвентарь, который мог сохраниться и сгодиться для дальнейшего в хозяйстве употребления...

 Федор еще не знал, что, по правилам масонов, они не могли строить свои дома по обеим сторонам одной улицы, так как это привело бы к тому, что в их домах окна смотрели бы друг на друга, а это на тайном языке масонов есть противопоставление друг другу. Как бы борьба... А такого ни в коем случае быть не должно! Потому что масонство - это БРАТСТВО! Плюс к этому масоны желали, чтобы фасады их великолепных особняков и тайные символы на них всегда были представлены солнцу! Свету! Были подчеркнуто видны всем и вся вокруг! И поэтому строились исключительно на северной стороне - чтобы смотреть праздничными своими фасадами только на юг. Так что вся выгоревшая южная часть Покровской оказалась в полном и безраздельном распоряжении Федора Ливчака. Что было прекрасно - было где разгуляться зодческой фантазии! Но тем самым Федор сначала поневоле, а затем уже и целенаправленно вступал в неравноправное и абсолютно безнадежное противостояние с масонами! Что не сулило ему в будущем ровным счетом ничего хорошего... Но ничего этого Федор пока еще не знал и не мог даже подозревать о грозящих ему несчастиях, и потому был полон самых тщеславных грандиозных планов и по-молодецки ухарских начинаний!

 Была во всей этой истории с только что случившимся пожаром одна загадочная закавыка... В городе жил Христа ради юродивый Андрей по привычному русскому прозвищу - блаженный. Ходил он круглый год, даже в лютые зимние холода, в жалком рубище - какой-то длиннющей хламиде из мешковины и покроем "мешком", всегда без шапки и исключительно босиком. Питался подаянием. Никогда не ел ни мяса, ни рыбы, только лишь пустой хлеб, иногда прибавляя к нему для разнообразия капусту, репу, брюкву или картошку и размоченное в воде зерно с ягодами или с медом - иначе говоря, сочиво. Ни в коем случае не пил ни вина, ни пива. То есть был аскетом куда как посуровее иных самых непоколебимых монахов! Его настоящее имя было известно с рождения - Андрей Ильич Огородников. Он родился в семье бедного и ничем не выделявшегося семиборского мещанина Ильи Ивановича Огородникова. Оба родители его, но особенно мать, Анна Иосифовна, были людьми очень набожными и воспитывали детей своих - Андрея, его старшего брата Фаддея и младшую сестру Наталью - в истинной вере православной. Будучи младенцем, Андрей, в точности как Илья Муромец, долгое время "был сиднем", то есть практически не передвигался без посторонней помощи, и многие годы считался абсолютно немым. Когда родители умерли, то сестра его ушла в монастырь, брат уехал в другой город, а несчастный больной Андрей так и остался жить в разваленном их старинном домике. Его нищенская халупа не стояла, а именно ЛЕЖАЛА на боку недалеко от берега Волги. И вот этот странный Андрей блаженный ровно за месяц до случившегося несчастья несколько раз, ходя по городу, громко всем предсказывал, что "быть в сем прОклятом Господом граде этим летом страшному пожару, разорению и голоду!" Но пожары в Семиборске бывали часто, при этом сгорали, как правило, два-три, максимум четыре дома одновременно, никак не более, так что на его слова никто тогда не обратил ни малейшего внимания. И напрасно! Предсказание блаженного именно через месяц сбылось слово в слово... После этого чрезвычайного происшествия полиция тут же предположила, что Андрей сам и явился зловредным поджигателем города с разных его сторон - дабы еще более утвердить среди мало просвещенных мещан свою славу великого прорицателя. Однако тщательное следствие вскоре показало, что  такового просто не могло быть, поскольку в вечер внезапно вспыхнувшего пожара он все время провел со значительной массой народа в церкви и не мог тем самым одновременной быть в противоположных концах весьма не маленького их города. К тому же очевидным было самое настоящее чудо: все деревянные дома вокруг церкви, где стояла халупа блаженного, сгорели, а находящаяся среди них жалкая сараюшка Андрея - уцелела! Хотя ее никто не тушил - в воцарившейся тогда всеобщей суматохе каждый спасал свое собственное добро и никому не было никакого дела до развалюхи юродивого. Однако всё, что было тогда людьми спасаемо - дотла уничтожилось, а что было равнодушно оставлено на произвол судьбы и отдано во власть Всевышнему - то, напротив, бережно сохранилось! Действительно - чудо!

 После этого слава Андрея как провидца стала еще более громкой! Хотя в его прорицательском даре и до этого мало кто сомневался. Он вообще творил чудеса - у кого-нибудь на кухне запросто хватал руками раскаленный металл или целовал кипящий самовар, нередко обливаясь при этом кипятком, но это не причиняло ему ни малейшего вреда!

 Если он подавал кому-либо несколько щепочек, то это означало, что душа того человека скоро предстанет пред Богом. И при этом ни разу не ошибся!.. Знаком скорой смерти кого-то из домочадцев служило и неожиданное появление блаженного в доме - когда он ложился там прямо на пол под святыми образами со скрещенными на груди руками... Имея бесконечную любовь к ближним, сей угодник давал им знать о приближающейся кончине кого-то из них для того, чтобы человек мог достойно приготовиться к переходу в жизнь вечную...

 За свои абсолютно верные предсказания чьей-либо смерти, Андрей неоднократно был  бит. И очень сильно! Но в ответ блаженный лишь смиренно и кротко переносил все незаслуженные оскорбления, и, излечившись от несправедливых побоев, вновь стоял босиком в церкви или на паперти, потупя взор и опустив голову, переминаясь с ноги на ногу... Это вызывало растерянность обидчиков, а иногда и вразумление их о великом подвиге юродивого!

 Часто его видели в любую стужу, стоящим на колокольне храма, либо под стенами собора на протяжении всей ночи, а иногда ползающим в особом умилении подле ограды храма и целующим низенькие ее столбики... Все это во многих семиборцах укрепляло веру в его праведность. Он мог действительно излечивать от тяжелой болезни лишь тем, что подавал больному кусочек хлеба из своего мешка, что висел у него на шее и куда он ежедневно собирал подаяние. Когда тяжко больной съедал этот кусочек, то он действительно вскоре исцелялся!

 Знаком успешной будущей торговли служила принятая Андреем милостыня в лавке или около нее на улице из рук хозяина данного заведения. Если же старец начинал мести пол в чьем-то доме, или подметать двор, то это означало потерю хозяином своего имущества...

 По воспоминаниям горожан, зафиксированных в различных изданиях, современник Андрея - великий святой земли русской преподобный Серафим Саровский -  семиборцев, приходивших к нему за благословением и советом, отсылал обратно, говоря им при этом: "Что приходите ко мне, убогому? У вас лучше меня есть - ваш Андрей Ильич." Это признание Саровским чудотворцем праведности семиборского старца, которого он ни разу в жизни в глаза не видел, еще больше упрочило почитание жителями Семиборска Андрея как угодника Божия!

 Убежденность семиборцев в том, что Андрей Ильич был немым, однажды было опровергнуто им же самим таким вот образом. В один из дней своей жизни, обличая одного из сограждан-вольнодумцев, блаженный - к огромному всеобщему удивлению - в гневе принародно вдруг воскликнул: "Он Бога хулит!"  Это явилось свидетельством того, что старец почти всю свою жизнь, в точности как в свое время и великий Сергий Радонежский, совершал еще один подвиг - подвиг молчальника, и вовсе не был лишен дара речи. И поэтому каждое его слово было на вес золота!

 Во все дни жизни Андрей Ильич укрощал плоть свою, не давал отдыха телу, передвигаясь лишь бегом, а если и стоял на месте, то раскачивался подобно маятнику. Спал он всегда очень мало, преимущественно на холодных досках в своей нетопленой избушке на голом полу, ничего не подкладывая под голову...

 Действительно - святой! И действительно не от мира сего... Блаженный...

 И вот жители Семиборска потом рассказывали Федору Ливчаку, что этот самый Андрей блаженный еще задолго до пожара, когда проходил по Покровской улице, то неоднократно грозил богатым особнякам, что стояли на северной ее стороне и которую застроил исключительно Шодэ, показывал всем этим домам кулак и бросал в их сторону камни и извергал изо рта своего лютые им проклятия! Но тогда, до пожара, этому Андрееву предзнаменованию никто не придал ровно никакого значения, потому что никто так и не смог разгадать его истинный смысл... Теперь же, когда эти проклинаемые юродивым дома и вовсе благополучно уцелели, то было и вовсе не понятно - за какие же такие неведомые грехи тот насылал на них столь грозные кары небесные!

 Не видящий очевидного - да увидит... Не слышащий громового гласа Небесного - наконец-таки да услышит!..

 Андрей блаженный был прихожанином древнего Спасо-Успенского собора, который стоял в самом центре Семиборска ровно посередине главной его улицы - Гончаровской. История этого собора была более чем туманной... Никто так и не смог определить, когда он был построен - видимо стоял здесь с самого момента основания Семиборска, когда город был еще совсем маленьким селом. И получалось, что этому собору насчитывалось около тысячи лет! Однако первоначально он был, естественно, деревянным, его самая древняя часть давно сгнила, собор потом несколько раз перестраивался и увеличивался в размерах. И все эти столетия у него не было колокольни. Нет, когда-то она, наверное, или даже вполне точно - была. Но потом почему-то вдруг исчезла... И когда решили ее все-таки вновь построить - каменную - и начали рыть яму под фундамент, то вдруг обнаружили прямо под стеною храма большое старинное братское кладбище, о котором никто никогда и ведать не ведал, и никаких записей о нем в летописях вовсе не осталось. С первого же взгляда было видно, что все тела в нем были похоронены без гробов, потому что не нашли рядом с ними ни единой полуистлевшей деревяшки, ни единого гвоздя. Хуже того, мертвые были погребены вовсе не по христианскому обряду, ну, то есть, не как полагается - лежа на спине, со скрещенными на груди руками и головами на запад. Нет, скелеты лежали кое-как, вразброску, слоями, друг на друге, руки и ноги раскинуты в разные стороны, согнуты почти у всех во всяких положениях, ребра и конечности у некоторых переломаны, а черепа у многих в самых разных местах раздроблены. Внутри многих скелетов и голов были найдены довольно крупные свинцовые шарики - пули былого времени, с какими нынче ходят разве что только на медведей или в крайнем  случае на саблезубых тигров или на мамонтов...

 Приехавшие из столицы архивисты, увидев, как потом писали в местной газете, "сие столь престранное и похабное зрелище вповалку лежащих мертвых тел, сделали глубоко-смысленный вывод, что в сию яму были небрежно и с оплевательным презрением сброшены все мертвыя убитыя и воспоследующия от ран всякия покойники поганага языческага беззвестнага самага разныя роду-племени, которыя приняли личныя участье в антихриставом противу государева походу донских казачишек, избравших себе своим разбойничьим атаманом Степашку разинскага (с маленькой буквы) бандитскага проклятущага прозвища." Они-то, архивисты, и напомнили семиборцам их славную историю о том, как сотни лет назад к их совсем еще премалому тогда граду с мощным деревянным кремлем в центре, перед самым обрывом к Волге, на множествах стругов и лодок под парусами приплыли десятки тысяч казаков и прочих южных бунташных людишек и надолго осадили их гордую и неприступную крепость. До этого "безродным степным бунташам" покорились и могучая Астрахань, и Саратов, и совсем тогда маленькая и ничем не приметная "крепостица" под названием Самара. И прочие мелкие и крупные города вдоль по Волге и далеко вокруг нее. И везде бунтарям сопутствовал незаслуженный успех, всенародное ликование, пиры да застолья, грабеж всего и вся! "Пожигание богатейших и безвинных боярских усадеб. И после этого следовало безжалостное и полное уничтожение через повешение и отрубание голов тысяч почитаемых людей боярских родов и важных по чину и посту государевых слуг, остававшихся верными царю, отечеству и своей присяге и чести!" Потому что за спиной у разинцев стоял не кто иной как "сам трижды проклятый враг и хитрюще-подлющий извечный супротиву России злодей и враг - турецкий паши-салтан, пополнявший их разинскую разбойничью мошну деньгами, а их арсеналы - оружием во имя наибольшего пограбления ими земли русскай, захвата ими Москвы и установления на тамошнем священном престоле беззвестного подлого рода хана ногайской или черкесской или бог весть какой еще степной киргиз-кайсацкой орды, полностью и во всем зависимой от бесовской некрещеной Турции". Разинские бунтари штурмовали семиборскую крепость несколько раз, но всегда неудачно. Маленький гарнизон кремля держался стойко и до последнего! Сдаваться никто из солдат не желал, как разинцы их к тому с той стороны кремля ни призывали. "Через некоторое время спустя в итоге ответныя атаки царскага вернага чести и знамени прибывшага сюда из Москвы войску всех этих презренныя бунташныя людишек под Семиборском было как есть поубито и смертельно поущерблено и ранами покороблено немало. Общим числом никак не менее многия и многия тысяча и претысяча"! И после бегства разбитых разинцев назад по Волге на Дон, все эти оставшиеся от них трупы сбросили, как падаль, в одну общую яму и закопали. Одно только оставалось не понятным - почему это сделали прямо возле церкви?.. Но архивисты и этому затруднению нашли вполне разумное толкование - видимо, в этом месте у "разинцев находился их богопротивный окровавлЕнный лазарет, при нем образовался огромный склад убиенныя и почившия от ран в агонии антигосударственныя предателей. "Не перевозить же было всех этих разложившихся и протухших подлого звания людишек куда-нибудь вглубь тогдашнего леса по корням и оврагам и рыть огромную могилу в самом неудобном для того месте. Вот их скоренько и закидали землей там, где "сие мероприятие оказалось наиболее чистым, не заразным и по исполнению удобным".

 Никто в Семиборске и не сомневался, что всё именно так, как описано,и происходило на самом деле.

 После сего чрезвычайного исторического события, закончившегося в конечном итоге четвертованием Стеньки Разина на площади в Москве, ничто более горожан, слава богу, уже не беспокоило, жизнь потекла опять в спокойном русле и город развивался относительно мирно, пока ровно через 65 лет после поражения разинцев "сей славный град не постигло новое пришествие темных и самых что ни на есть ужасных сатанинских сил..." Опять же в центре города и все на той же отмеченной печатью сатаны Гончаровской улице и, более того, на ее пересечении именно с улицей Каменщиков, примерно через десяток домов от того самого знаменитого Спасо-Успенского собора появилась аптека, владельцем которой был некто "дохтур" Яков Яров. Ничем ярким этот целитель никогда не выделялся: всю свою жизнь мирно собирал себе всякие нужные для несчастных больных травы да коренья, варил из них снадобья и незадорого лечил ими беднейших сословий горожан от разных многочисленных их крупных хворей и прочих несильных болезней. Но вот его сварливая и превесьма глупая жена Варвара была безо всякой меры недовольна тем, что муж часами пропадает в своей каморке, в которую доступ для нее был строжайше запрещен! Как и всякую чрезвычайно ревнивую и злобную жену, ее постоянно и неотступно так и подмывало узнать - уж не молодую ли полюбовницу он там скрывает и постоянно ее там во всех подробностях под видом лечения разглядывает и использует?!.. И в итоге она не придумала ничего лучшего, как однажды утром прибежать с трясущимися от страха губами в церковь на исповедь да и "наклепать" на своего мужа Якова, на деньги которого она все эти годы своего замужества благополучно жила. Священник, принимавший у Варвары исповедь, услышав сбивчивую речь смертельно напуганной чем-то бабы, настоятельно порекомендовал ей обратиться в полицию. Что та и сделала - принесла зловреднейший донос в ближайший полицейский участок! И в этом доносе очень логично и во всех мельчайших деталях сообщила о результатах своего долгого сожительства с венчанным злыднем-мужем: что он, проклятый и подозрительный муж ее, "нательного креста не носит, молитв не читает, в церковь не ходит, супружеских обязанностей не исполняет и богохульством занимается!" Исполнительные жандармы тут же устроили обыск по указанному в жалобе адресу и нашли в той самой каморке Ярова, что была на чердаке, "кости, книги сомнительного содержания, в том числе в коробе с мукой – книгу с изображением человеческих внутренностей. "Свидетели из простых мужиков и баб и даже из очень зажиточных и уважаемых граждан города все как один сообщали, что Яков им действительно очень даже помогал своими снадобьями и вообще был человеком превесьма даже порядочным и никогда ни в каком богохульстве - не дай боже!- не замеченным. Но эти показания Якову Ярову все равно не помогли. Ревнивая и злобная молодая жена, которая, на ее взгляд, достаточно пожилого мужа нисколько не любила и вышла за него замуж по принуждению своих родителей, все-таки сделала свое грязное дело - освободилась от проклятого Якова! Возложив на него оковы, несчастного лекаря тут же поместили в провинциальную тюрьму. Узников в те времена не кормили, они существовали на подаяние. Беглые крестьяне, базарные тати, разбойники и всякий прочий сброд в оковах и в сопровождении караульного ходили за милостыней на торжище и в богатые дома семиборцев. Особо щедрые дачи колодники получали в дни церковных праздников. В остальные же дни буквально голодали... В сырой и земляной тюрьме тяжко дались Ярову проведённые в ней четыре года. За это время он ни разу не видел солнца. Он полуослеп, разбух от водяной болезни, жил среди людей, но был отделён от них пропастью обвинений в еретичестве и волшебстве. Тюремные сидельцы сторонились его, как зачумлённого, за милостыней его не выпускали как еретика, он питался тем, что ему бросали соузники. Но пришёл час и его судьбы. Наконец-то прискакал из Петербурга курьер и привёз депешу, а в ней прописано: еретика Якова Ярова сжечь! Воевода Иван Иванович Немков прочитал сие и перекрестился. Призвал к себе начальника канцелярии и приказал сводить Якова Ярова в баню, переодеть в чистую одежду и накормить до отвала! А ещё приказал сотворить на площади небольшой сруб и подвезти к нему два воза сена - в те времена в России преступников к столбу не привязывали, а жгли людишек в маленьких срубах. Всю ночь при свете смоляных факелов плотники на широкой Гончаровской площади прямо перед Спасо-Успенским собором рубили и вязали венцы небольшой избушки, и к утру она была готов. Хотя о казни народу не объявлялось, с рассветом на площадь со всех концов града начали сходиться посадские люди. С барабанным боем пришла воинская команда, солдаты с четырёх сторон окружили сруб, оставив лишь небольшой проход для смертника. И вот наконец толпа выдохнула: «Ведут!» Яров шёл в чистой посконной рубахе в сопровождении двух солдат с ружьями. Его подвели к воеводе и бросили на колени. «Читай!» - сказал Немков канцелярскому начальнику. Тот поправил на носу оловянные очки, откашлялся и рек по писаному: «… потому ему, Ярову, экзекуция ученена будет такая: за волшебство, за все злые и богопротивные дела казнить оного Ярова сожжением!»

 К ужасу толпы, смертник отказался принять последнее благословение от священника...

 Ярова втолкнули в сруб, приперли дверь, и пламя охватило постройку…  Посадские, сняв шапки, крестились, некоторые плакали, а из столба огня и дыма раздавались вопли сгорающего заживо человека!..

 Потом на дымившееся ещё пожарище пригнали пару арестантов. Те выбрали из головешек «некоторые несгоревшие части тела еретика». Эти останки тайно захоронили в овраге за городом. Секретность объяснялась тем, что части тела колдуна считались в те времена сильным снадобьем, и грубые необразованные семиборцы из числа подлых сословий могли сотворить из них ядовитый порошок или настойку… Нужно также к вышесказанному добавить, что жена Ярова повдовствовала совсем недолго и вскоре вышла замуж за своего сверстника. И была с ним вполне счастлива и никаких угрызений совести за совершенное ею злодеяние не чувствовала!

 Нужно отметить, что это семиборское сожжение было одним из самых последних на всей Руси великой - потому что вскоре наступил "просвещенный век" Екатерины Второй, и при "всемилостивейшей матушке государыне-императрице" людей уже не сжигали варварски, а уничтожали, слава богу, более человеческими, гуманными и вполне европейскими красивыми способами...

 Еще через 70 лет после сего "очистительного костра", в котором сгорел невинный аптекарь и одновременно неудачный пожилой муж при молодой взбеленившейся не удовлетворенной бабе, Семиборск еще раз отметился в государевых хрониках - а конкретно тем, что сюда заехал сам император Александр Первый! И сей город ему понравился своей чистотой, зеленью многочисленных садов и бульваров и огромным для его небольшой величины количеством богатых и просторных церквей. А приближенные императора, когда самолично прошествовали по Гончаровской улице и измерили ее собственными шагами поперек, то с удивлением доложили царю, что "эта их провинциальная Гончаровская улица будет куда как значительно шире нашега прославленнага столичнага Невскага прешпекту!.."

 И вновь после уезда императора в городе установились полнейшая тишина и безвременье... Где-то далеко-далеко отсюда прогремела и война с Наполеоном, и взятие русской армией Парижа, и восстание декабристов на Сенатской площади, и Крымская война по защите осажденного Севастополя от "подлого натиска двунадесяти европейских просвещенных держав", и славные походы по освобождению от турок Болгарии, и многое еще что другое. Но ничто это ни капли не расшевелило вековой скуки, царившей в сонном и чрезвычайно мирном глубоко провинциальном городе. И вот теперь эта самая Гончаровская улица и Спасо-Успенский собор на ней опять значительно и очень даже весомо прославлялись - уже тем, что здесь юродствовал и провидствовал знаменитый на пол-России Андрей блаженный!
Tags: !История, !Расследования, sergey voronin, Альтернативная история, Загадки истории, Семиборские масоны
Subscribe
promo otrageniya april 14, 2019 06:25 69
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments