georgith55 (georgith55) wrote in otrageniya,
georgith55
georgith55
otrageniya

Category:

Полёт на Ан-2. Незабываемое.


Было   время,  когда    "двухкрылый    кукурузник" ,   милый,   как   щенок   и   уютный,   как   котёнок,    самолётик   Ан-2,   был  символом   целой   эпохи.   Как    символом   Великой   войны   был   танк   Т-34.    Сейчас   на  меня   накинутся   знатоки   и     чистоплюи,   что   кукурузником   звали   не   Ан-2,   а   У-2,    а   символом   эпохи    был   Гагарин,   Ту-104   и   "Битлы".       Но  они   только   соберуться     брызгать   на   меня   слюнями,    а   я   уже   оговорку   сделаю -  "Символ - понятие   субъективное"  -   для   кого  то   символом   была   колбаса   за   2-20,  и  водка   за   3-62.
Ан-2   взлетал   и  садился   везде,   даже   в  книгах;     Юлиана   Семёнова   "При  исполнении   служебных   обязанностей...",   Олега    Куваева - почти  во   всех,   и    других   писателей.   Геология    и   почта,   полярники   и   врачи,  ледовая   разведка   и   поиски   пропавших,  где   только   он   применялся   и    что   только   не  возил.    Валико   Мимино     возил   овец     и   куриц    на   вертолёте,  но   и    Ан-2    возил   овец   и   баранов   тоже.      Только   корову   на   внешней   подвеске   не  смог  бы,  коровы   не   могут   набирать   такую   скорость      при   разбеге.  Встречалась   информация,    что  будет   возобновлено   производство    самолётов   Ан-2,   с  двигателями    "Ролс-Ройс",    но   теперь   наверное   санкции    помешают.    И  песня   "Под   крылом   самолёта    о   чём   то  поёт,   Зелёное   море   тайги"  - не   про   белый   лайнер,   а   про   зелёного     кузнечика.      И   сейчас    частенько   появляются    сообщения;      то  пьяные   менты   в  Свердловской   области  на    Ан-2   разбились,   то  нетрезвые   чиновники   в   Читинской.   Это  говорит    о   том,    что  самолёт   по - прежнему   пользуется   любовью   и   популярностью.   
Вот  и  мне   сподобилось   пару   раз   пролететь   на   этом   флагмане    малой   авиации.    Но  запомнилось      навсегда.   Мы   летели   в   студенческий   строительный  отряд   (ССО),       летели   вдвоём,   квартирьерами,   готовить   площадку  для   остальных,   которые   прибудут   позже.    Нам  было   по   18   лет,   мы   закончили   по  первому   курсу   института,   и  это  было  наше   первое   самостоятельное   путешествие,   без  родителей.   Конечно,   бывали   и   походы   в  лес    с   ночёвками,   и      рыбалки   с   пьянками,   заезды   на  турбазы   и   загулы   до  утра,  но   всё   это   было   с  бабушкиными   пирожками     и   мамиными   компрессами   на   синяки.   А   здесь   вот  тебе:   паспорт   с  билетом   в  нагрудном   кармане,     деньги   в   штанах     и   рюкзак   за   плечами,   ну   чем   не   первопроходцы.   Да   ещё   зелёная   стройотрядовская   форма,   и  на   ней   я  остановлюсь   особо    и   подробно,   на  то  есть    причина.    Форма   была   для   всех   единая,   но  в  том,   1973   году   её   поменяли,    ввели   какие- то     курточки,   на   манер  джинсовок,  с  маленькими   карманчиками,  куцие   штанишки  и  всё   из   лёгкой   ткани,   не  держащей   форму.    Мне   же   нравилась   форма   прошлых   лет:    прямые  брюки    с   простроченными  стрелками,   рубаха   с  накладными  карманами   заправляемая   в   штаны  и  прочная   ткань  с   лавсаном.    Если   ещё   добавить   настоящий   кожаный   офицерский   ремень,  то   я    похож   был   на   американского   морпеха   в   отставке.   Это  сейчас   у   меня   мешки  над   ремнём   и   под   глазами.   Я  проконсультировался   в   комитете   ВЛКСМ   на  предмет    соответствия   формы   новым   установкам,   и  секретарь,   поковыряв   в   носу   карандашом,   дал   "добро".   Разумеется   ещё   значки,  комсомольский   и  ССО-1973,    может  быть  и  сейчас   целы,   где   то  у   сыновей.
Прибыли  мы    утром   на   аэродром   Магнитогорска,   отстроенный   незадолго   до  этого.   За   несколько    лет.    В   те   времена     застойно   строили,      а   не   прогрессивно    разрушали   (оптимизация     называется).    Полюбовались    на    бело-серебристые    лайнеры   взлетающие   и   прилетающие,    подивились  на   новомоднее   здание   аэропорта   из   "стекла   и  бетона"  (по   нынешним   меркам - небольшой   маркет   в   районном   центре), потолкались    в     пассажирской   суете.   Не  помню,   как   проходила   регистрация,   скорее  всего   на   отдельной   стойке   местных   авиалиний,    и   подхватив   рюкзаки,   бодро  затопали   по   свежей   травке    на  край   лётного  поля.   Лайнеры   взлетали   с   бетонной   полосы,  помнится - длиной   2200м,   а   для   "Аннушек"   отвели   скромную   полянку   с   ромашками   и     кузнечиками.    Автобус   нам   тоже   не   полагался,  да  лучше   бы   их   и  сейчас   не  было  -   смех   и  дурь (Симферополь),   да  что  там  говорить - досмотра   и  того  не   было.     Как    тогда   жили,   как   летали?    Добрели   мы  до  самолётика   в  сопровождении   какого-  то   летуна    в   фуражке   и  расселись   на  траве.   Пассажиров    я  не   помню,   но   одна   старушенция,    похожая   на   Татьяну   Пельтцер   в   роли   матери   солдата   Бровкина,    мне  сразу    не    понравилась.   Наш   сопровождающий    походил   вокруг   самолёта,   потрогал  крылья,   шевельнул   винт,   поочерёдно    попинал   колёса  (шасси   называется)   и   остался    недоволен.    Он   куда - то   отошел    и  скоро   вернулся   с   куском     ржавой    проволоки  около  метра  длиной.   Эту   проволоку   он   обмотал   вокруг    стойки   маленького   заднего   колёсика    и  несколько  раз   закрутил   концы.   И  так   это   выглядело   умилительно   и   заботливо,  что  никого   даже   не  встревожило. 
Появились   ещё   один   или  двое   в   фуражках,   открыли     самолёт   и    мы   расселись.    Скажем  сразу - это  не  лайнер;   жёлтая   и  зелёная   полупившаяся   краска,    рифлёный   пол  без   ковриков,  нет  кнопки   вызова   стюардессы,    да   и    самой   её   нет,   с  газировкой    и   карамельками.   Вместо   кресел   были   какие-то   брезентовые   шезлонги,   причём   спиной   к  борту,  так   что  в  окошко (иллюминатор    называется)  особо   не   посмотришь,  шею   свернешь.   В  середине   был   проход,  с  одной   стороны  которого    была   дверь   в   кабину   пилотов   с  множеством    приборов    и   выключателей  (тумблер   называется),  в  другой   стороне,   в  хвосте,  мы   скидали   свой  багаж,  а   по  потолку    салона  (фезюляжа)    тянулись   всякие   провода   и  трубки.   По  моему    мы  даже   пристегнулись.    Потом   один   из   пилотов   прошёл   по  салону,   закрыл   дверь    на  белый   свет,   поколдовал  над  нею,  наверное,    что-бы   не  открылась   в  полёте,   переложил   что-то  в  багаже,   обвёл    пассажиров   оценивающим   взглядом,   вздохнул   и  вернулся   в  кабину.   Может   быть    он   пожалел,    что   не   надо   нас   всех    выбрасывать   с  парашютом?    В  самолёте   сразу   что-то  засвистело,    заурчало,    фыркнуло,   он   подпрыгнул   и   полетел.   Я  только   хотел   скосить   глаза   в   окошко,   проводить  землю    и  оценить    лётную    обстановку,    но  тут   заворочалась   моя   соседка   слева,  ей   конечно  оказалась   старушка    Пельтцер-Бровкина.   Она   попеременно   махала   руками    вокруг   своего   лица,  протягивала   их   к  другим    пассажирам   и   прижимала   ко  рту.   Кто  то   догадался    и  протянул   ей  пачку   гигиенических     пакетов,    где-то   они   торчали,    и   она   стала   наполнять   их    с   неимоверной     быстротой.    И   так   быстро    она   наполнила   первый   пакет,   что   часть     из   него   выплеснулась   прямо   на   мои    форменные,   первый   раз   надёванные,   с   простроченными   стрелками,    брюки.    Меня   конечно   передёрнуло   от  омерзения,    а  эта   дура   ещё   виновато   пыталась,   своими   заблёванными   руками,  стереть   грязь   с   моего   колена,   и  размазала   ещё   больше.   Бесило   ещё   то,    что  мой  товарищ,   сидевший   справа,    ехидно   хихикал,   прикрывшись   рукой,  а  что  ему   оставалось,   не   рыдать  же.    Полёт   был   безнадёжно    испорчен.   Если   бы    пилот   не   заблокировал   входную   дверь,   я    бы    или    бабку    выкинул   или   сам   вышел   не   дожидаясь    остановки,  требовать    экстренной    посадки  -  бесполезно,   лететь   в   нейтральную    страну  -   ещё   тупее.     Пришлось   терпеть   под   ехидными   и   сочуственными   взглядами    других   пассажиров,   кто- то    мне  даже   тряпку  дал,    кажется.
Полёт   продолжается.    Мотор   выводит   свою     заунывную   мелодию,      то  мирно   посапывая,  то  грозно   ворча,  и    самолёт   Ан-2,    то    плавно   скользит    по    воздушным     струям,  то   проваливается     и    вновь    взбирается   на   невидимые   нам      кручи.    Так   продолжалось   наверное   часа   полтора,   даже    бабка     наконец   выпрастала   свой     желудок   и   теперь    заботливо   придерживала   наполненные   пакеты,   уставив   их    у  ног.    Блевотина   на   моих   штанах   подсохла   и  я   даже   немного  успокоился.   По  времени   мы   должны   уже   прилететь,    и    приземлиться    в  райцентре   Бреды    Челябинской  области.   Может   когда-нибудь    напишу    воспоминания   или  мемуары    про  этот    затхлый    населённый   пункт    из  бараков   и   развалюх,   с  одним   единственным    красным   флагом   над   райкомом   КПСС,  тоже   барачного   типа.   А  пока    я   скосил   глаза     в  самолётный   иллюминатор,   что  бы   не  видеть   проклятую   старуху,  и  стал   замечать,    что  самолёт   кружится     над   посёлком   и   аэродромом.    Я   видел    вышарканую   в  траве   посадочную    полосу,   красный,   наверное     пожарный,    вертолёт,   полосатый   колпак,  по  которому   определяют    силу  и  направление   ветра.    По   полю     двигались   какие- то  пятна,   они  сходились    вместе,    а    потом    вновь    разбегались   без   всякого   порядка,     но  самолёт   всё   не  заходил  на   посадку.     "Не   выпускаются    шасси" - пришла   в  голову   паническая    мысль,   впрочем,   техническая    грамотность   сразу   же  отвергла     эту  версию:  на   Ан-2    шасси   никогда   и   не   убирались,   значит   вынужденной    посадки   на   брюхо   не   будет.   "Не    принимает   аэропорт,   а  до   запасного   горючего   не  хватит"  -  это   уже   легче,   можем   сесть   на   вынужденную.   Пока   я   перебирал    варианты   спасения,   самолет   плавно  спланировал   и  сел,  там   где   ему   и   положено.   Потом   уже,    проживая   рядом   с   лётным   полем   я   догадался,   что  это  были  за   пятна    и  почему   мы   кружились:   с   полосы    разгоняли   коров.   А  разгонял  их   сам   начальник   аэропорта,    он  же   сторож,   диспетчер,    кассир    и   коровы   его   тоже   были.
Так   закончилась   эта   трагическая     и   опасная   эпопея,    проявившая   во   всей   полноте      равнодушие     тоталитарного     государства    к      личным     комфорту   и    безопасности  отдельного   человека,   они    всегда   были   делом   необязательным   и   второстепенным.   А  нас  ждали    два   месяца   работы    по   заливке   фундаментов    под   ещё    несколько   бараков,     весёлые   похождения   и   приключения   и  возвращение   домой   на   этом  же   двухкрылом   самолётике.   Наверное   без   особых    происшествий,   так   как   обратный    полёт   ничем   не  запомнился.     А     своей   красивой    формой    я   не  долго   пользовался,  в  этих   же   Бредах    мы   перевернулись   на   машине    с   пьяным   шофером,   я   кулаком   выбил   лобовое   стекло,     посёкся   и  залил   весь  костюм   кровью.   Отстирал,  но  пятна   и  разводы   остались.
немного    истории
31 августа 1947   года   лётчик-испытатель   П. Н. Володин    впервые поднял  в    небо   первый прототип Ан-2, обозначенный   СХА.    Самолёт выполнил    два     круга   на   высоте   1200 метров   и   после   30 минут    полёта   совершил   посадку,   а   9 сентября 1949 года лётчик-испытатель Г. И. Лысенко   поднял   в    небо   первый    серийный   Ан-2 (в транспортном варианте).   Всего   было   выпущено   порядка   18  тыс.   Ан-2,   что  удивительно - основная   масса,   порядка   12  тыс   в   Польше.   Мне  это   не  понятно.   На   2012   год,   в   мире   эксплуатируется   2271   Ан-2;    в   России   имеется    1580    самолётов Ан-2.    На   Украине   имеется  135   самолётов Ан-2,   из   них    в состоянии    лётной    годности   54.    В   Казахстане   эксплуатируются   290   Ан-2.     В  настоящее  время   в   РФ      эксплуатируется  322     Ан-2         и  сфера   их  деятельно   по-прежнему  разнообразна.  По   данным   ФГУП   «СибНИА им. С. А. Чаплыгина»,   на    середину    2017    года    90 %    задач   малой   авиации   в   России   всё    ещё выполнялось    самолётами   Ан-2.



Tags: georgith55, Пропавший Boeing
Subscribe
promo otrageniya april 14, 2019 06:25 69
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments