moony (moony_sky) wrote in otrageniya,
moony
moony_sky
otrageniya

Categories:

тряпичник (окончание)

       начало тут.                          


                                              2

  А он и не только менял всё на тряпки, но и продавал за деньги, но так выходило почему-то дороже и считалось, что это невыгодно и даже, кажется, неприлично.Брал он охотно и самовары, макулатуру. Только бумага совсем дёшево шла, да и откуда в деревне бумага. Правда, сдавали иногда церковные книжки – толстые, тёмные, огромные и, считалось, бесполезные. Такое было дурацкое время. А иконы он не брал, хотя предлагали. Кому они нужны, когда бога нет! Зато самовары были дороже всего, много ерунды за них давали. Один раз видел я у него трубу от патефона… Чудно!
   Тряпки он взвешивал на ручном ржавом пружинном безмене, цепляя их на крючок. Но это так, для виду. Он и без весов отлично знал цену каждой вещи.
   А у нас откуда лишние тряпки? Мне мама дала мои старые штаны и рваную наволочку. И то наволочку давать не хотела, а собиралась порвать её на хозяйственные вехотки – со стола вытирать. Тряпичник взвесил: - Ню шта туть – дви пропка, - потом посмотрел на меня, подумал и дал три пробки и свисток. Пожалел меня. Я любил этот свисток. У него была дырочка, и я продел в неё шнурок. Потерял всё равно.
   Он и старые мешки тоже брал, заплатанные да рваные. Одна баба сдаст, другая тут же купит. Дуры!
   У него было ещё много разных будильников, только они не работали. Чё он их таскал? Бесполезная же вещь. Хотя я тогда хотел будильник – играть. К тому же некоторые из них звенели, он показывал. Но я всё стеснялся спросить, думал, что очень дорого. Да наверняка запросил бы как за пугач! А пугач лучше. У меня своего не было, но мне ребята давали пострелять моими пробками.
   Бывало, кто-нибудь из детворы или глупая бабка украдёт у него какую-нибудь мелочь. Иногда он делал вид, что не заметил, а иногда обижался и говорил: - Я разьви скрал? Ти скрал! Типерь ухади, - и было стыдно, потому что он не отнимал назад ворованное и даже не брал, если сами отдавали. Просто не замечал больше этого человека. На нашей улице долго валялся украденный и брошенный пластмассовый браслетик, пока его не заездили телеги. Никто, даже маленькие девочки, не позарился на краденое. Странно? Нам казалось – стыдно взять ворованное, даже если украл не ты.
    Иногда он привозил точильщика, тоже татарина. Такие точильщики были тогда и в Москве, я сам видел на Красной Пресне, там бабушка жила. А может, это тот же? – Ножи-ножницы точить, бритвы правим! Я тогда не знал, что татарин – национальность. Я думал, что татарин – это профессия. И когда появился ещё один татарин, удивился, что он не тряпичник, но быстро привык. А потом соседи наняли бригаду ремесленников (позднее их стали называть шабашники) строить лодку-плоскодонку для вечерних катаний по речке (и меня брали). Так вот и их я поначалу называл татарами, а они обижались, говорили, что русские. Я сказал, что тоже русский, но лодки делать не умею. Они сказали: вырастешь – научишься. Нет, не научился. Хотя, надо попробовать, может, уже и умею…
   Считалось, что точильщик точит лучше и уж точно правильнее, чем свои мужики. Да и не допросишься своих-то… У него был такой специальный станок с несколькими разными точильными кругами и он крутил их, качая ногой педаль, почти как ножную швейную машинку. Видели, наверное, в старом кино. Он и топоры предлагал точить, но мужики его посылали, говоря, что испортит, и они, мол, сами лучше него могут. Врали, поди, денег жалко было… Ещё точильщик приторговывал огромными иглами, их называли «цыганскими». У него брали помногу. На случай войны, я сам слышал. А воевать хотели с американцами или китайцами. Ну, может, и не хотели, но собирались, как я понял. А как этими иглами воевать-то?
   Приезжал ещё иногда керосинщик с бочкой керосина на ручной тележке, но он был неинтересный. Я даже сомневаюсь, был ли он татарин. Вряд ли. Обыкновенный и, к тому же, вонючий керосином. Керосин я не любил. А собирал и он много народу. Ведь у всех были керосиновые лампы на случай регулярного отключения «тока» и керосинки – на них обычно варили варенье из крыжовника и яблок и иногда готовили еду. На улице, в палисаднике. Далеко сладкие запахи слышно было (я знаю, что запахи чувствуют, а не слышат, но все говорили «я слышу, как пахнет…»). И если ненарочно прогуливаться в это время рядом туда-сюда, то могли позвать и дать пенки от варенья. А они гуще и вкуснее самого варенья, это любой дурак знает. К тому же их нужно было есть сразу, а не ждать зимы, которая когда ещё будет! Моя бы воля, так я на их месте одни пенки бы и варил. Вот кстати, – клубники тогда ни у кого не было! Только мелкая земляника. А когда появилась у редких в ту пору московских дачников клубника, все ходили смотреть, удивлялись крупному размеру и называли её – «Виктория». Именно так, с большой буквы В. Такая фигня...
   А мне было пять лет, и я знал только четыре большие буквы: МАМА.
Tags: moony_sky, Авторский текст
Subscribe
promo otrageniya april 14, 06:25 67
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments