zimorodoc (zimorodoc) wrote in otrageniya,
zimorodoc
zimorodoc
otrageniya

И комиссары в пыльных шлемах...

Оригинал взят у zimorodoc в И комиссары в пыльных шлемах...
Новый декамерон. Тема втора. Городские сумасшедшие.

Все-таки интернет удивительная вещь. В жизни почти я не сталкивалась с необъяснимыми явлениями, предчуствиями и прочей мистикой, а вот в интернете - сплошь и рядом! Один мой бывший коллега, человек почтенного возраста, обладатель энциклопедических знаний, имеющий свою теорию как сотворения мира так и теорию дальнейшей эволюции мирового сообщества, уверял меня, что в будущем миром будет править всеобщий объединенный разум. И, вот, одно из многих, как мне кажется подтверждений его слов)))).
Недавно я задумала написать несколько воспоминаний о моем детстве, один из рассказов должен был быть о деревенской сумасшедшей. Потом подумала, кому нужна эта полузабытая, странная, стертая временем судьба и решила оставить ее только в своей памяти.
И  Декамерон, вдруг предлагает отложенную мною тему....
Может быть это вы, тетя Маша, Мария Константиновна, каким-то образом забрели во всемирную паутину?
В детстве я  все каникулы проводила в деревне у деда и бабушки. А так как деревня была всего в паре километров от областного центра, мы не отрывались от городской цивилизации, да и деревня была большая с крепкими новыми домами, пышными палисадниками и садами. Видимо, благополучие деревни обусловлено тем, что там никогда не было колхоза, а был совхоз, люди были свободнее в выборе работы, образования для своих детей, имели возможность торговать на городских продуктовых рынках.
Мы, дети, привыкли к достаточно обеспеченной и комфортной по тем временам жизни, приезжали из города на лето с новыми игрушками, кучей книг, альбомов для рисования и всякой всячиной. Ребятни съезжалось великое множество - купание в пруду до посинения, посиделки у двора на лавочках, походы в сельский кинотеатр - обычные летние забавы детей 60-70-х годов.
И была среди обеспеченных и благополучных сельских жителей одна пожилая женщина. Она была совершенно бедна, жила на краю села в покосившейся глинобитной длинной избенке. Двора, как такового не было Перед покосившимся домом - высокий многолетний бурьян, такая неприглядная картина. Не лучше дела обстояли и с самой хозяйкой. Одежда ее давно превратилась в грязные свисающие лохмотья, на голове два посеревших и драных платка, волосы патлами выбиваются - зрелище ужасное, но оно как-то смягчалось тем, что женщина была высока с хорошей осанкой и фигурой, приятным лицом и добрейшим взглядом огромных голубых глаз. В деревне за глаза все звали ее Маша-шабола. Когда она шла по улице, 7-9-ти летняя шпана орала ей вслед: "Шабола,шабола", - она шла, не оборачиваясь. Мы, девчонки кучковались на лавочке и брезгливо отворачивали обгорелые носы.
Однажды вся эта картина развернулась на глазах моего деда.
Вечером за ужином он рассказал мне ее историю.
 Маша-шабола была не одинока, у нее была сестра, Валя, она была моложе Маши и числилась сторожем совхозных садов, жила одна, далеко за селом в садовой сторожке. В селе она почти не появлялась и я ее не видела ни разу,  по словам бабушки, она была угрюмее сестры, такая же неопрятная, ходила круглый год в кирзовых сапогах и подранной телогрейке.
Сестры родом из Харьковской области, они были красивыми, умными взрослыми девочками, когда на исходе гражданской войны на село, где они жили со своими родителями налетели белоказаки. Отец девчонок вроде был красноармейцем, и белоказаки на глазах детей изрубили шашками их родителей. Девчонки от перенесенной трагедии тронулись умом и вскоре ушли из села.
Потом судьба забросила их в Поволжье, и они остались жить в нашей деревне. Маша была общительнее, чем ее сестра, любила поговорить с деревенскими, причем на разные темы. Поражала ее грамотная речь, приятное обращение, все это создавало контраст с ее внешним абсолютно неопрятным обликом. Взрослые жалели сестер, уважительно к ним относились.
Валентина с годами уединилась в сторожке, изредка выбиралась в село за продуктами и опять уходила к себе, она была уже довольно пожилая женщина, когда ее положением воспользовался какой-то проходимец, явно не деревенский. У Валентины родилась дочка, с головой тогда у женщины вообще стало плохо и племянницу забрала к себе Маша, Мария Константиновна, как к ней обращались односельчане.
Мария Константиновна души не чаяла в хорошенькой и умненькой Галинке. Так и вырастила ее в своей покосившейся избенке, соседи помогали одевать и обувать девчонку. Валентине же с каждым годом становилось все хуже и хуже с головой, но из сторожки ее не выгоняли, продолжали платить небольшую зарплату. Под конец она перестала узнавать сестру и дочку, ходила в магазин, просила конфеты шариками, говорила, что кормит ими крыс, дружит с ними. Так она и умерла зимой, одна в непротопленной сторожке. Нашли ее через пару дней, покусанную крысами.
Мария Константиновна продолжала одна растить свою бойкую и симпатичную племянницу. Я тоже стала старше и, глядя на взрослых, научилась относиться к Маше-шаболе уважительно, уже не замечая ее рванья, здоровалась, глядя в ее огромные лучистые глаза, отвечала подробно на ее вопросы о родственниках, об учебе, было видно, что она по-доброму заинтересована и радуется успехам. Казалась, она знала все обо всех, но никогда не обсуждала никого с соседями, не ссорилась, не повышала голос.
Однажды зимой сломала ногу. Год ходила в грязном гипсе,опираясь на костыль, потом ее еле уговорили снять уже ненужный гипс, а костыль так и остался при ней на долгие годы.
Последний раз я встретила Марию Константиновну на деревенском кладбище, когда хоронила свою маму. Мама долго и тяжело болела, я была совершенно измотана ее болезнью, похоронами, слез не было ни капли, но была страшная тяжесть на душе. Была бесснежная зима, я стояла у свежего холмика, прижимаясь к ограде могилы дедушки и не могла сделать шаг, уйти, оставить ее.
Провожающие уже все сидели в автобусе, ждали меня, а я стояла, и не могла уйти. Родные знали, уговоры бесполезны, и нужно подождать, пока я решусь сама.
Вдруг услышала чье-то дыхание, обернулась - рядом со своим неизменным костылем стояла совсем старенькая Мария Константиновна.
"Ивана Кузьмича внучка?" - спросила она меня. Я не в силах говорить, кивнула. "Мамочка отмучалась?" Я опять кивнула. Пошарила в карманах пальто - ничего, пусто, лишь прижаты к груди свернутые полотенца. Я не знала, что мне с ними делать - домой не взять, не смогу, бросить - тоже не могу.
"Не печалься, деточка, такая уж у нее судьба, окончены ее страдания, иди, ступай, тебя ждут, хватит!" - сказала она своим старческим скрипучим голосом. Я молча протянула ей тот сверток.
"Я тоже не могу, деточка, взять, иди в автобус, мне скоро самой ТУДА собираться...".
Я в конце концов сдвинулась с места и пошла к своим, в автобус. Обернулась потом - высокая, чуть согнувшаяся старуха в обтрепанном пальто махала мне свободной от костыля рукой. Больше я ее не видела.
Subscribe
promo otrageniya апрель 14, 06:25 67
Buy for 40 tokens
Привет всем участникам Отражений и нашим гостям! С настоящего момента вступают в силу изменения в правила, поэтому прошу авторов ознакомиться с нижеследующим. 1. Каждый участник может опубликовать один пост в день. Чтобы иметь возможность публиковать до трех тем в день, участник должен соблюсти…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments